Зина Портнова

Герои, подполье, блокада Ленинграда, оккупация и другие темы

Re: Зина Портнова

Непрочитанное сообщение Дмитрий Фёдоров » 04 ноя 2016, 00:30

Изображение
Константин Яковлевич Лузгин на фото слева.

1432.
Автобиография Лузгина К.Я.
Родился я в мае месяце 1895 году, в деревни Мостище
Обольского сельсовета Шумилинского района Витебской области,
( До революции Петропавловской волости Полоцкого уезда
Витебской губернии).
В семье бедного-бедного крестьянина (бобыля), который имел
земли один лишь огород 0,85 га (0,75 десятины).
Семья: отец, Мать, я старший сын, после меня ещё два брата и
сестра.
Воспитание получили от родителей, которые батрачили подённо в
зажиточной части деревни, за ничтожную оплату их тяжёлого
труда.
После отец был разбит параличом всей левой стороны, до этого
он был инвалидом труда, и стал круглый инвалид (калека).
1433.
И мы все воспитывались трудом Матери, летом батрачила в
зажиточной части деревни, а зимой пряла чужим женщинам лён за
ничтожную плату, которой не хватало нам всем на пропитание, и
отец стал нищим, пока мы не поднялись каждый до 8-9 лет и
пошли один за другим по найму пасти чужой скот.
Я пас скот по найму 5 лет, брат Василий 7 лет, брат Иосиф и
сестра Дарья 4 года.
Из нашего хозяйства мы имели кое-когда корову, которую было
нечем кормить, и на протяжении 10-12 лет было у нас 6 коров,
избушка, кое какой хлев, и больше ничего, кроме свинки и
домашней птицы, курей.
За нишу, где паслася корова, когда была, нужно было
отрабатывать деревенским или платить, за то, что у нас земли
не было.
1432.
В школе я учился хорошо, и за два учебных года успешно
окончил Игумено-Обольское Народное училище в 1908-м году 2-го
мая три класса.
В первом классе посидел всего лишь две недели и был переведён
во 2й класс, так как в 1905 г. учился два месяца в
деревенской школе грамоты, в деревне Шаши, через день, день
был в поле, пас скот, а день был дома, учился в школе, но
школа эта закрылась и я остался дома не за школой до осени
1906 года. По окончании Народного училища я хотел учиться
дальше, и отец отвёл меня в Обольское второкласное училище к
настоятелю школы попу, который принял меня при условии,
уплатить 30руб. за форму и 30 руб. за питание, каждый учебный
год.Но так как мы не имели средств, уплатить, поп нам отказал
в приёме в школу, и мы с отцом оба заплакали и ушли, так я
при всём моём желании учиться дальше, остался недоучкой.
После чего отец отдал меня учиться сапожному мастерству, к
мастеру частнику Калману Барсукевичу в деревню Зуи, на три
года безоплатно, а за два года учёбы нужно было опять
оплачивать 50руб. по договору в волости, которых у нас не
было, и я два года учился, а год отрабатывал эти 50 руб.
При условии, что учился я работал три года на его довольствии
и по окончании учёбы он обязан был дать мне товару на сапоги
и купить полностью сапожный инструмент, обязательства свои он
выполнил, и осенью 1912-го года я стал сапожник.
1430.
Зимой 1912-13 года работал дома, ездил по ближайшим деревням,
но так как в дер. Зуи было три сапожных мастерских, хозяева
имели в продаже любой сапожный товар и заказчик, чем покупать
товар и нести мне, находил лучшим сделать всё на месте. И я
оставался иногда без работы. Так и прошло моё детство и
юношество, я бросил всё и уехал в город Ригу.
В Ригу я приехал весной в апреле месяце 1913года, работал
подсобным рабочим на разных работах, у смотрителя (слово
неразбочиво) Риго-Орловской жел. дороги, получал 80 коп. за
день, квартира казённая.
На продовольствие уходило из заработанных за неделю 6ти
рублей 40 копеек, 2рубля 50копек-3 рубля. А остальные отсылал
домой родителям.
1429.
Поздней стал получать 1 руб в день, работал с 6 утра до 6ти
вечера, с перерывом, завтрак 1/2 часа обед 1 час. Работы были
разные, разгрузки цемента на стройку управления Риго-
Орловской жел. дороги, подвозка кирпича на лошадях, то
подсобным рабочим со специалистами, слесарями, плотниками,
каменщиками, водоотводчиками, с инженерами при намётке места
постройки железнодорожного моста через реку Западную Двину и
другие работы.
Так было до 20го июня 1914 года, когда я уже работал на
(лифете ?) в новом доме управления Риго-Орловской жел.
дороги, где мне вестовой дал приказ по дороге о мобилизации
военно обязанных, это было 11 час. вечера 19го июля 1914г.
И так началася 1-я империалистическая война с Германией, 20го
июля 1914го года.
1428.
После начала войны я уже работал в госпитале имени рабочих и
служащих жел. дороги на станции Рига Главная, где было 84
койки для раненых.
И так работал до 9 мая 1915 года, а 9 мая уехал домой на
призыв на военную службу, было предложение призываться в Риге
и остаться при госпитале, но я не захотел, так как дома я
имел льготу 1го разряда, были шансы остаться дома.
Призывался я в Полоцком воинском присутствии 15го мая 1915
года, и был уже смотрен и взвешен и определён на флот.
Но я привёз с собой отца калеку и попросил его предоставить
комиссии, и после комиссии отца, я получил льготу 1го
разряда, так и был дома до осени 8го сентября, до мобилизации и
оставшихся,
1427.
по льготам сразу на пять лет, куда попал и я.
В Полоцке долго тянули с отправкой, пока сформировали команды
для отправки, 1-ю команду направили в Петроград (Петербург),
а вторую в гор. Новгород, куда был направлен я, в Новгород
приехали в начале октября месяца, и был определён в 5ю роту
177го запасного пехотного полка (военный командир капитан
Бордзиловский). После был переведён в 11ю роту Литер Е.
(ротный командир поручик Кормаков). Сначала потянули горя,
войска много, развозка продуктов плохая, к городу Новгороду
была жел. дорога со стороны Чудова, от главной магистрали
Москва-Петроград и от Старой Руссы, Витебск-Петроград, только
лишь узкоколейная жел. дорога, ветка Волхов, замёрзла, и мы
целый месяц не получали сахару и ели не солёное, хлеба тоже
давали мало на 10 человек малую буханку.
1426.
Была большая скученность, помещались мы, в артиллерийском
манеже, целый полк военного времени, 15 рот и две нестроевых,
где было 15 рядов нар двухсторонних и трёх этажных, посреди
дверь, напротив - милое сводное место, где стояло несколько
столов, для чистки оружия и обеда и ужина, по концам тоже
были выходные двери. Вот где были действительно Содом и
Гомора, неразбери-поймёшь, шум-гам, что и чего только не
было, вшей миллиарды на роту, с занятий придёшь холодно, за
день помещение остынет, а вечером, когда все придут с
занятий, согреется, потолок станет отогреваться, станет
капать что дождь, жарко, на верхних нарах раздеваются до
гола, начинается дружная облава на вшей.
1425.
Так я познал, что такое царская служба и солдатская жизнь
старого времени. И только 20го января 1916го года я назначен
был в учебную команду.
Где было полегче, дисциплина железная, только порядок был
образцовый, да питание стало много лучше.
Учебную команду я окончил весной 1916го года, учился хорошо,
поведения был отличного и по окончании в команде же был
произведён в ефрейторы, таких нас было из 350 человек, 15ти
которым, перед строем команды была объявлена благодарность и
звание ефрейтора.
После окончания, вернулся в свою роту, которая уже стала 14-
я, стал командиром отделения, в июне был произведён в младшие
унтер офицеры и стал пом - командира взвода.
1424.
Так было до Января месяца 1917 года, когда стали
большие забастовки в Петрограде и у нас стало какое-то
брожение в части, на занятие стали ходить редко, дисциплина
ослабла, офицеры вешали головы. В феврале месяце Командир
бригады послал в Петроград узнать положение, приехавши
доложил перед строем, что там целая неразбериха, много разных
партий, одни за царя, другие против, за власть рабочих и
крестьян, третьи за полное безвластие. Совсем перестали
заниматься, до тех пор, пока в один из дней появилась на
Петроградском шоссе машина с красным флажком на радиаторе и
вкатила прямо на плац среди казарменного расположения полка,
к которой сунулися все из казарм солдаты.
1423.
В это время один из приехавших влез на кабину легковой
машины, обрисовал положение в Петрограде, что там революция,
что армия присоединилася к восставшим рабочим, просит
присоединиться и нашему гарнизону, на что послышалось громкое
Ура! Присоединяемся!
После митинга командир полка полковник Дьяков приказал всем
взять оружие и выходить строиться, построившимся объявил,
теперь и мы будем у себя делать революцию.
Первым делом распустили гаупвахту, хотели взломать решётки на
окнах, но командир полка сказал, что она нам нужна будет,
будем ловить, городовых, жандармов и другую полицейскую
сволочь.
После двинулись все к Новгородской губернской тюрьме, чтоб
распустить и тюрьму, подошли остановились.
1422.
Но командир снова сказал, что мы должны выпустить только
революционеров, которые томились в тюрьме, на ходу была
создана комиссия по проверке дел в тюрьме и стали выводить из
тюрьмы товарищей, которые говорили и плакали от радости.
Дальше все были разбиты по участкам, освободившиеся товарищи
влились в массу солдат, и началась революция. Мне с моим
отделением попал участок Дворцовая улица по правую сторону
реки Волхов, где было какое-то полицейское учреждение, куда
мы ворвались, бегом по лестнице на вверх я встретил ещё
городового, скомандовал ему "руки вверх", снял с его шашку и
наган и с солдатиком отправил на гаупвахту.
1421.
В полиции раскрыли шкафы, где было много разных дел, за
порубки, за нарушение крестьянами помещичьей земли и другие,
на стенах разные плакаты с разными приёмами схватки сопротивляющихся,
всё это начали таскать в ров около училища и уничтожать,
одна комната была замкнута,
мы разбили замок, а там была комната вещественных
доказательств. Чего-чего только там не было , начиная с
кухонных ухватов, ножей, кинжалов, топоров, навозных вил,
разных ружей, нагаек и разного барахла, нашли и целые новые
сапоги, которые мы сейчас же обменяли. Все эти вещи были
занумерованы, это были номера дел.
Стал осваиваться со своим участком, наметил посты,
расстановил часовых, и стали наводить порядок, как все.
1420.
Это было 27-28го февраля 1917го года и так продолжалось
до 3-4го марта, редко кто был в расположении части, в городе
было много страсть много чайнушек (забегаловок), куда можно
было солдатику (туда) зайти покушать и снова на место.
Появлялись разные афиши, то состав временного правительства,
в которое вошли меньшевики эсэры, буржуазия, Керенский-
Милюков, Чернов, Князь Львов, Родзянко и другая сволочь.
Это объяснялось тем, что большевики частью были в заключении
и ссылке, на фронте и в эмиграции, где был и Владимир Ильич
Ленин.
То арест царя Николая второго по дороге из главной ставки
гор. Могилёво в Пскове к Петрограду, то его отречения от
престола.
1419.
Потом водворился в городе порядок, была организована народная
милиция, а мы по приказу вернулись в расположение части,
организовались советы крестьянских и солдатских депутатов и
служба вошла в прежнюю колею, только не стало титулов их
благородий и господ.
Дальше приезд Владимира Ильича из эмиграции, большие
демонстрации и выступления рабочих в июле месяце, с
лозунгами, вся власть Советам, долой десять министров -
капиталистов, долой войну, мира, хлеба, во время этого
выступления было много жертв, от руки войск, верных
временному правительству в Петрограде. Советы стали чисто
меньшевистские, партия была вынуждена укрыть Владимира Ильича
от преследований, меньшевиков, которые хотели его предать
суду и уничтожить.
1418.
И 30 Июня 1917 года наш полк в полном составе был отправлен
на фронт, с Новгорода на Шиман, Старая Русса, Сальцы, Режица
и Даугавпилс (Двинск). Далее на левый берег Западной Двины,
за ст. Калкуны, где были дня четыре в тылу от фронта
километра за три, до получения оружия боеприпасов и
противогазов, так как один вечер, в тёплую тихую погоду мы
испытали, что такое газы, и только по счастью недалеко от
нашего расположения, было болотце, которое и спасло нас,
мочили шинели и укрывали головы, а три солдатика после этого
увезли в госпиталь из моего взвода. Я в апреле месяце был
произведён в старшие унтер-офицеры и был назначен командиром
взвода, с которым уехали на фронт.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ.
Дмитрий Фёдоров
 
Сообщения: 58
Зарегистрирован: 08 май 2016, 01:20
Откуда: Москва
Благодарил (а): 25 раз.
Поблагодарили: 57 раз.

Re: Зина Портнова

Непрочитанное сообщение Дмитрий Щербинин » 04 ноя 2016, 21:36

Спасибо большое за этот дневник!
Аватара пользователя
Дмитрий Щербинин
 
Сообщения: 359
Зарегистрирован: 02 авг 2014, 23:43
Откуда: Москва, Зеленоград
Благодарил (а): 216 раз.
Поблагодарили: 117 раз.

Re: Зина Портнова

Непрочитанное сообщение Александр Плотников » 05 ноя 2016, 10:04

Спасибо Вам! Как так быстро удалось перепечатать?
Александр Плотников
 
Сообщения: 20
Зарегистрирован: 17 авг 2016, 17:35
Благодарил (а): 5 раз.
Поблагодарили: 26 раз.

Re: Зина Портнова

Непрочитанное сообщение Дмитрий Фёдоров » 05 ноя 2016, 18:30

Я был выходной в этот день, сразу читал и печатал. Скоро будет новый кусочек. Интерес к этому дневнику очень большой!
Дмитрий Фёдоров
 
Сообщения: 58
Зарегистрирован: 08 май 2016, 01:20
Откуда: Москва
Благодарил (а): 25 раз.
Поблагодарили: 57 раз.

Re: Зина Портнова

Непрочитанное сообщение Дмитрий Фёдоров » 06 ноя 2016, 07:22

ПРОДОЛЖЕНИЕ дневника Константина Яковлевича Лузгина.

1417.
9 июля 1917г. днём мы отправились на фронт, немцы заметили
передвижение и открыли по нас стрельбу из орудий со снарядами
с удушливыми газами, но у нас были уже противогазы и били
немного левее нас, по озеру, так, что только часть рвалася
снарядов на суше, но нас не поражало, только поднимало фонтаны
воды.По прибытии на фронт на опушку леса у третьей линии наших
окопов, мы получили продукты ЭНЗЭ на два дня, построились
прочитали молитву отче наш и заняли окопы, где провели ночь,
а на утро 10 июля 1917г. после трёхдневной артиллерийской
подготовки с нашей стороны, в 9 часов утра началось
пресловутое июльское Керенское наступление, так как у
временного правительства был лозунг войны до победного конца.
1416.
По команде вперёд командира взвода, фронтовика, я уже, как
его заместитель, первый бросился бежать во вторую линию
окопов, где нужно было перебежать мостик через небольшой
ручей, который обстреливался фланговым огнём противника, за
мной бежал солдатик Кузмин, которого тяжело ранило в плечи, я
его оттянул в укрытие, а сам в окопы, за мной остальные,
которым удалось перебежать мостик. Занявши окопы, во время
сильного боя, немец стал интенсивно обстреливать нас
артиллерийским огнём, так как наш первый эшелон занял первую
линию немецких окопов, а им приказано было занять свою первую
линию, по ходам сообщения, заполненными трупами наших солдат,
дальше, наши передовые части заняли вторую линию
1415.
немецких окопов и уже мы нуждались в подкреплении с нашей
стороны.
Но благодаря уже большой работе большевиков на фронте, долой
войну:
мы были уже в 642 Стерлитомакском полку 41й стрелковой
дивизии 1го Сибирского армейского корпуса, а 644й Соликамский
полк находясь в тылу у нас, и служивший подкреплением,
отказался пойти в наступление.
И немцы, оправившись от паники, начали сами наступление,
оттеснили нас до своих окопов, где было потеряно много людей,
и наш полк потерял только 449 человек убитыми, а сколько
раненых.
После смены, нас на третью ночь, мы проходя уже днём позади
своих окопов,видели гору людей собранных в братскую могилу,
закрывали их шинелями и зарывали их.
1414.
Отведши нас километра на три, стали кормить в три приёма ,
потому, что мы уже третьи сутки были не евши, НЗЭ мы своё,
перед наступлением, оставили в нашей третьей линии окопов.
После отдыха отвели на правую сторону Западной Двины, близ
станции (Иозифрово?) Риго-Орловской жел. дороги на
пополнение, потом, перевели на левую сторону реки и снова на
правую, близ ст. Малиновка (сейчас Малиново) у самого
Даугавпилса (Двинска).
В конце августа месяца того же 1917 года нас привели на ст.
Двинск-товарный и погрузили в вагоны для отправки под
Петроград, куда нажимал со стороны Эстонии генерал Корнилов,
чтобы занять город, но благодаря работе большевиков мы
выгрузились, окопались на обе стороны
1413.
пути, стараясь не пропускать эшелоны на Петроград,
подкрепление Корнилову. После чего нас отправили пешью под
Ригу, на 84-ю версту станции Кокенгаузен Штокмансгоф (соврем.
Плявиняс), на фронт.
Там простояли 40 суток, где линия фронта пересекала реку
Западную Двину. Один только раз немцы попытались атаковать
нас в 4 часа, но были отбиты. Осень, в окопах была
грязь,сырость, вши.
Хлеба давали полфунта (200 грамм), и один раз пищу, какой-
нибудь суп в сутки. До чего дошло, что я решился на то, чтоб
что нибудь подослать в окоп, пошёл между окопов за
проволочное заграждение, там стоял стожок сена, подбежал,
схватил верх в плащ-палатку, и ещё лёжа накопал там немного
картошки, палатку на винтовку, и принёс в окоп.
1412.
После смены на отдых, меня откомандировали с 10-ю солдатами
под командованием прапорщика Глебова, в город Полоцк, в
качестве приёмщиков вещей для 1-го армейского корпуса, со
склада 5й армии. Шли пешью 40 км. До станции (Марцел?),
откуда и приехали в родной Полоцк. Где застала нас
Октябрьская Социалистическая Революция.
Работать пришлось не много, так-как на Полоцк нажимал немец,
наша армия разлагалась, всем надоела война.
И в конце февраля месяца уже 1918го года немец занял город
Полоцк, дошёл до нашей станции Оболь, но наши отступающие
войска взорвали железнодорожные мосты через реку Оболь, к
тому, он уже встретил сопротивление уже нашей Красной
Гвардии, отошёл до реки Сослица.
1411.
В Полоцке, Улле и дальше, на Украине, немцы простояли 9
месяцев, после чего, и у самой Германии началась тоже
революция, и солдаты стали оставлять фронт и уходить на
родину.
16го апреля 1918 года я демобилизовался из старой армии, так
как к этому времени была уже организована, но ещё
малочисленная, добровольная Красная Гвардия.
Меня на общем собрании волости избрали военным комиссаром
волости, на обязанности которого было организовать вол-
военкомат со всем его штатом, взять на учёт всех
военнообязанных, демобилизованных из старой гвардии, всё
военное имущество, транспорт,лошадей и прочее, оставленное
армией, это было большое дело я был не в силах справиться,
поехал в Витебск и отказался.
1410.
На моё место выбрали другого, а меня избрали лесником
Обольского лесничества, где я только подсчитывал пни после
порубки двух революций, в лесу была целая анархия.
В месяце мае-июне меня призвали, как комсостав, уже в Красную
армию. И оставили при военкомате в Оболи (Здании Обольской
школы) инструктором по всеобучу, где я проработал до весны
1919года, обучил три очереди допризывников и тех, кто не был
в армии.
После экзамена третьей очереди, весной 1919года, я заболел
сыпным тифом, дома ещё, и проболел месяца полтора и чуть не
умер, было уже недалеко от смерти. Стал правиться, а кушать
было чего, получал от военкомата двойной паёк, всё съедал и
мало было, сильно истощал, лишь добавили ещё кое-что со
стороны.
1409.
В мае месяце вызвали в Витебск на комиссию и направили в
Витебский территориальный кадро-резервный полк комсостава,
Елаги на Юрьеву Горку.
Где были примерно до июля месяца 1919года, после чего,
переехали в город Полоцк, так как после ухода немцев из
оккупированной территории , пришли поляки и заняли город
Полоцк, только левую сторону по реке Западная Двина, где они
уже стояли до лета 1929 года. Это было полное окружение
интервенцией, молодой Советской России. С Полоцка нас
отозвали и направили во второй запасной полк в Марковщину,
где мне дали взвод в количестве 31 человека и направили всю
маршевую роту полка в гор. Вязьму.
Где пробыли всего до конца сентября 1919 года.
1408.
Из Вязьмы нас направили на фронт за гор. Псков на Гдов,
Ямбург и Новоизборск, против Юденича, Балаховича и Родзянки.
Где мы заняли позицию у дер. Лакомцево, км. - 20 -25 за
Псковом, у шоссейной дороги, за которой параллельно шла
железная дорога Псков-Ревель-Топс-Рига.
Ночью с 11 на 12-е октября 1919 года мне было приказано со
взводом занять переезд железной дороги и наблюдать за появлением
бронепоезда, пропустить за железно дорожный мост позади нас и
доложить, где подрывники пропустивши его, должны были
взорвать мост. Что было и сделано, после чего начался сильный
обстрел с броневика наших позиций, а сами в это время делали
переправу, и к утру 12-го октября он ушёл. Я потерял за эту
ночь в боях три человека со взвода.
1406.
А утром 12го октября 1919 года показались на фоне железной дороги
три вражеских бронепоезда, полк принял боевой порядок, мне со
взводом пришлось занять промежуток между железной дорогой и
шоссейной, справа за железной дорогой был 85й стрелковый полк, а
слева 9-й тверской, наш полк, а левее 7й полк.
Враг, при поддержке броневиков предпринял большое наступление
по шоссе бронеавтомобилями и моему взводу
пришлось очень плохо, почти открытая не укреплённая местность.
Во взводе были Казанцы, часть татар и часть русских,
большинство были одеты в госпитальные халаты и лапти. Когда
начался бой они ещё были не обстреляны, плохо применялися к
местности, когда получили приказание отступать, стали бежать
во весь рост, скучиваясь.
1405.
Держаться больше не было возможности, так-как с правой
стороны по железной дороге броневики отрезали нас от 8-го полка,
и 7й полк пошёл в атаку, противник тогда в контратаку и сбил
7й с его позиций. Нам пришлось только отступать. Отступать
взводу пришлось через шоссе, на котором стоял бронеавтомобиль
и косил с пулемёта, и только как бегом вспрыгнешь на шоссе,
так уже убит или ранен. Я бежал последним из своего взвода,
стараясь как-нибудь спасать людей при отступлении, только
перепрыгнул вторую канаву, стал ложиться в борозду, пригнув
правую ногу, левая осталась вытянутой, как был ранен пулей на
вылет в левую ногу в области (не понятно),
дальше стал передвигаться ползком, на помощь подползли
командир соединения моего взвода тов. Ляхов.
1404.
И командир 3го взвода тов. (Статутов?), оба они были земляки,
Полоцкого уезда Витебской губернии, из-за реки Западной
Двины. Протащили меня немного, я вижу что нас вот-вот
захватят в плен, они не ранены, я сказал из-за меня и вы
пропадёте, бросайте и уходите, распрощались и они убежали, а
я дополз до опушки леса, где нашёл два молодых красноармейца,
раненые в руки, они подхватили меня и потащили лесом до малой
деревушки, по сухой тропке болота, которую я знал по карте.
Из деревни уходила санитарная двуколка, мы стали кричать, она
остановилась, санитары меня подобрали, там ещё один был
контуженный и мы поехали на Псков. Отъехавши немного, мы
встретили наши цепи снова идущие к старым позициям.
1403.
Меня привезли километров 9 от фронта в село Никольское,
оттуда ещё с одним раненым в руку нас крестьянин на своей
лошади отвёз в гор. Псков, в госпиталь на площади в
(рояльном?) училище, едя по шоссе километров 15 мне было
очень больно, хоть караул кричи.
Подъехавши к госпиталю, раненый в руку пошёл доложил, что
есть раненый носилочный, пришли санитар с санитаркой и на
носилках принесли меня в госпиталь на второй этаж. Там в
приёмной было уже очень много раненых, ко мне подошёл военный
с моего взвода Мулин Яков, я попросил его пойти посмотреть
много ли военных с нашей роты, а приходит и докладывает,
товарищ взводный, с нашего взвода уже вы 18й, это из всего
личного состава 31го человека, а сколько было с роты так и не
узнали.
1402.
Писаря обошли, записали всё, фамилия, имя, отчество, название
части и домашний адрес, перевязка уже шла, дошла и до меня
очередь, подошли два санитара, приподняли меня с носилок,
подвели к столу, где работал врач женщина, которая приказала
снять все брюки и стала осматривать рану, сказала отвернуть
голову на право, а сама немного дёрнула за присохшую
перевязку и говорит, вот и всё, чтобы успокоить, и потом как
дёрнет всю, так я, если бы не удержали, прыгнул бы до
потолка, это потому, что не было времени отмачивать раны.
Потом, взяла большую какую-то иглу , обмотала её марлей и
давай, проткнувши её в рану, прочищать, тут я вижу, свет стал
жёлтый жёлтый, и я потерял сознание. Очнулся уже снова на
носилках.
1401.
Одна сестра держит под голову, а другая кормит нашатырём, а у
меня всё смешалось в глазах, всё было до (неразборчиво)
ногами.
После, как я пришёл в себя, меня отнесли этажом выше в
палату, принесли 1/2 часть фунта (200гр.) хлеба положили на
тумбочку, и я успокоившись уснул, проснулся, а уже хлеба
моего нет , кто-то с раненых скушал.
Переночевавши, на завтра пришла комиссия и у всех раненых
отняли шинели, сапоги для фронта, так как в эту ночь наших
потеснили беляки, и наши отступили, и были только в 5
километрах от Пскова, бежавши, многие кое-что побросали, у
меня забрали шинель, простреленную в нескольких местах, а
сапоги и фуфайку оставили. Часов в 12 этого же дня весь
госпиталь эвакуировали, меня и ещё одного на двуколке
привезли на станцию Псков.
1400.
Положили на какой-то матрас, привязанный верёвкой за углы и
потащили через зал на площадку, там положили в санитарную
летучку, на матрас с одеялом, полными до бела вшами. Потом
отправили на станцию Порхов, там лежали в приспособленной
чайной четверо суток, а потом пришёл хороший санитарный
поезд, нас погрузили и отправили в город Калинин (Тверь) в
госпиталь "приёмник".
Там пролежали две недели, нас лечили, а после были большие
бои под Ленинградом, стало прибывать много раненых тяжело, и
нас всех из приёмника отправили в Москву, там мест не
нашлось, и мы пробыли суток двое, и потом отправили в город
Ярославль на Волге, там я пролежал ещё недели три в палате,
где было нас
1399.
четыре человека, давали 1/2 части фунта хлеба, пополам с
овсом, и кое какие щи, иногда суп не солёный, соли не было,
очень тяжело было, стали кричать, даёшь комиссию, и вот одна
комиссия меня не пропустила, а вторая решила выписать, а дома
ходить на перевязку в свой медицинский пункт, но я ещё был на
двух костылях. Комиссия предоставила мне месячный отпуск, на
поправку, а потом, военкомат в Дретуни продлил ещё на пол
месяца, когда приходил домой.
В Ярославле, после ужина в 9 часов вечера, выдали мне на
дорогу 300 руб. денег, 6 фунтов хлеба, 300 гр. сахару пачку
махорки и коробку спичек, отвезли нас на станцию. Поезд наш
должен был отправляться на Москву в 4 часа утра, и я принёс
котелок кипятку, заварил чаю и съел все 6 фунтов хлеба и ещё
поменял табак и спички на хлеб и съел всё.
1398.
А в 9 часов утра приехали в гор. Ростов - Ярославский, я опять
захотел кушать и купил из окна вагона у женщины на все 300
руб. картофельных лепёшек и съел, и мне ничего не
чувствовалось, что я много так скушал. Зато, уже Москва, дом,
а у меня нет ничего, и я был трое суток не евши дорогой.
В Москву приехал в 9 часов вечера 6го ноября, накануне
праздника Октябрьской Революции, вышел на площадь у
Ярославского вокзала, там три вокзала рядом.
Трамваи не идут, на извозчика нет денег, что делать, стою на
костылях у столба и думаю, смотрю, у соседнего столба тоже
стоят трое, - мужчина высокий, здоровый, женщина и мальчик,
лет 9-10, женщина подходит ко мне и спрашивает, куда мне
ехать, и грамотный ли я, я рассказал ей всё.
1397.
Она говорит, нам ехать тоже на Вязьму, но я неграмотная, а
муж слепой, я его возила в Ленинград в больницу, но ничего не
получилось, у него ни нос, ни оба глаза, так и не взялись
лечить, а теперь что делать?
Муж жил в Москве 25 лет, мы вас поведём, вы будете читать
улицы, а он будет говорить куда и как дальше идти, я
согласился, она подвела мужа, взяли меня вдвоём под мышки, а
мальчик нёс мой мешочек и один костыль, и пошли так 8
километров до Белорусского вокзала, пришевши, поблагодарили
один другого и разошлись. Я к коменданту станции - наложить
визу на проезд до ст. Оболь и получить пайку хлеба, так я
захотел снова кушать, он сначала не хотел дать визу, в виду
того, что за Полоцком, на ст. Зябки уже были белополяки, а
езжай в Сибирь.
1396.
Там где-нибудь устроят, но потом я стал просить и он
согласился дать визу, и фунт (400гр.) хлеба получите у
городского коменданта, но надо идти 4 километра, а я не могу,
так и остался ни с чем.
Утром, сборным поездом, уехали из Москвы, ехали до Вязьмы, день
и ночь от Вязьмы, до Дорогобужа ехали тоже день, больше
стояли, и под вечер приехали, и мне там товарищи по вагону
сложились и купили в буфете на станции котелок супа с
лошадиной, и я покушал, а потом так до станции Кардымово,
перед Смоленском, где я попросился, чтобы меня высадили, и я
пересел в пассажирский поезд и попал в буфет, где мне дали
два стакана чаю и кусочек хлеба, за пол часа я уже был в
Смоленске, а тем поездом верно ехал бы ещё сутки.
1395.
В Смоленске пересел на Орловский поезд и приехал в Витебск,
ночевал у двоюродной сестры, Нины Васильевны, на Гончарной
улице. Утром, укоротивши один костылик, вместо (неразборчиво)
пошёл к коменданту города в большую Марковщину, получил там
пайку хлеба и сухой воблы, пошёл на ст. Витебск и на сборном
поезде в несколько вагонов уехал уже домой, ехал уже со
знакомыми с своей деревни и из Зуи.
Приехал, иду с горем пополам, встречает меня мать, заплакала
бедная, видя меня в таком состоянии, но ничего, я успокоил
маму, что мне не больно и дома подлечуся.
Ходил на медпункт в Оболь, ещё на перевязку, подходило время
отпуска к концу, а нога ещё больная, и я устроился на учёт
работать в лесу на заготовке дров и лесоматериалу в дер. Шаши
- Филипповка.
1394.
Там жил и работал у дяди Викентия Николаевича, было много
братвы, было ничего.
Весной 1920го года снова призвали в армию, попал в Витебск,
во второй запасной полк, в 16ю роту, отделенным командиром, а
потом, как бывшего командира взвода, перевели командиром
взвода в штрафную роту, в последствии батальон.
В Августе месяце, с Витебска направили на фронт весь полк,
под Белосток, против белополяков, но доехли только до станции
Будслав, где простояли с неделю, а оттуда пошли пешью под
гор. Лиду, где стояли в деревне Каменчане недели две и
местечке Липнишки, пока белополяки нажали, и мы стали
отступать, снова до Будславы, а там погрузились поездом и
уехали на город Полоцк, Витебск, Невель и Осташков.
1393.
В Осташкове были до конца Декабря месяца 1920 года, числа
23го уехали в гор. Ельну, где были до февраля месяца
1921года. Из Ельны уехали в гор. Рославль за гор. Смоленск,
где пробыл 9 месяцев. Оттуда нас откомандировали, пять
комвзводов и одного помкомроты в штаб дивизии в Смоленск.Там
я чуть не попал в Дорогобуж, Клинцы, и потом стал просить
адъютанта Александрова и он направил меня в 165й стрелковый
полк охраны и обороны железных дорог. Прибыл на место, там не
оказалось мест на должность командира взвода и меня хотели
направить обратно в дивизию, но я стал просить командира
полка Доморацкого, оставить меня в полку, он согласился
оставить с условием, что отправит меня в числе 11ти человек в
школу в Москву (была телеграмма) на подготовку.
1392.
До отправки пустили меня на 4 дня домой, отбывши срок
отпуска, я вернулся в часть, а там телеграмма - отставить пока
посылку 11ти человек в Москву. А мне командир полка
приказывает ехать обратно в штаб Дивизии в Смоленск, я стал
снова проситься оставить близко к дому, дома одна мама с
маленькими детьми, отец умер. Он предложил пойти на низшую
должность - старшиной команды связи, и если соглашусь, год ещё
служить, так как мой год в такой должности уже
демобилизовался, и я согласился послужить до весны 1922го
года. В Витебске стояли на Юрьевой горке, в конце 1921года
уехали в город Могилёв, там простояли месяца два, и оттуда в
гор. Вязьму и с Вязьмы в конце апреля 1922г. Демобилизировался.
1391.
Демобилизировавшись, весну работал дома, и 11го июня 1922
года женился, 5го октября 1923 года уже родился сын Петя.
В 1925 году получили земли 8,88 десятин на семью в 7 душ, за
Мостищем из бывшей помещичьей, поселком, вместе с дядей, они -
7,6 десятин на 5 душ. Трудно было заживаться, перевозка,
застройка. Снова работал 2 года лесником, потом отказался, не
по мне эта служба.
В 1925 году родился сын Лёша, которому вечная память, умер в
1942 году в городе Ленинграде, во время Отечественной войны. В
1927 году родилась дочь Лида, а в 1931м году сын Владимир. И
так у нас стала своя семейка, жить стало снова плоховато,
семья большая уже 11 душ. Правда имели уже 3 коровы, лошадь
жеребку и всю нужную постройку.
1390.
С осени 1926 года был избран председателем Обольского
сельсовета и работал до 1929 года, а потом работал
секретарём. В конце 1929 года, мы с братьями поделились и во
время коллективизации поступили в колхоз Оболи.
В 1931 году был снова избран председателем Обольского
сельсовета и работал до конца 1931 года, после чего заболел и
ушёл с работы в сельсовете, после выздоровления месяца два
работал на железной дороге, так как колхоз был малый, и зимой
работы не было, я, по согласию правления колхоза, поступил 5го
февраля 1932 года работать на торфозавод имени Даумана, в
качестве делопроизводителя, с окладом 50 руб. в месяц. Потом,
я три года работал секретарём завода, получал уже больше.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ.
Последний раз редактировалось Дмитрий Фёдоров 07 ноя 2016, 23:52, всего редактировалось 1 раз.
Дмитрий Фёдоров
 
Сообщения: 58
Зарегистрирован: 08 май 2016, 01:20
Откуда: Москва
Благодарил (а): 25 раз.
Поблагодарили: 57 раз.

Re: Зина Портнова

Непрочитанное сообщение Александр Плотников » 06 ноя 2016, 21:01

Маленькая правка в файле 1391 "1927 году родилась дочь Лада". Не Лада а Лида.
Александр Плотников
 
Сообщения: 20
Зарегистрирован: 17 авг 2016, 17:35
Благодарил (а): 5 раз.
Поблагодарили: 26 раз.

Re: Зина Портнова

Непрочитанное сообщение Дмитрий Фёдоров » 07 ноя 2016, 23:53

Исправил имя дочери.

С праздником Великой Октябрьской Революции всех !
Дмитрий Фёдоров
 
Сообщения: 58
Зарегистрирован: 08 май 2016, 01:20
Откуда: Москва
Благодарил (а): 25 раз.
Поблагодарили: 57 раз.

Re: Зина Портнова

Непрочитанное сообщение Александр Плотников » 08 ноя 2016, 18:06

С праздником! :-):
Александр Плотников
 
Сообщения: 20
Зарегистрирован: 17 авг 2016, 17:35
Благодарил (а): 5 раз.
Поблагодарили: 26 раз.

Re: Зина Портнова

Непрочитанное сообщение Марина Турсина » 08 ноя 2016, 22:19

Спасибо, друзья! :-):
Сайт "Зоя Космодемьянская" - документы, статьи, книги: http://zoyakosmodemyanskaya.ru/
Марина Турсина
Администратор
 
Сообщения: 362
Зарегистрирован: 25 июл 2014, 03:32
Благодарил (а): 166 раз.
Поблагодарили: 136 раз.

Re: Зина Портнова

Непрочитанное сообщение Дмитрий Фёдоров » 11 ноя 2016, 05:58

ПРОДОЛЖЕНИЕ дневника Константина Яковлевича Лузгина.
1270.
А с 1935 года стал работать кассиром завода, весной 1936 года получил квартиру на заводе, свою хатку продали за 150 руб. Жилось уже и хорошо, квартира хорошая, коровка была, с салом было хорошо, держали кабанчика хорошего, дети учились. И так было до рокового дня 22го июня 1941 года, когда напала на нашу Родину гитлеровская орда - звери.
19го июня 1941 года приехал в отпуск с Ленинграда сынок Лёшенька. ему за хорошую работу дали премию 100 руб. и на 10 дней отпуск, он уже работал электромонтёром, при конторе Главленэлектростроя, а 22го война.
Так и оборвалась наша хорошая жизнь, старший сын Петя работал в Витебске, а Лёшенька, после долгих раздумий снова 28го июня 1941 уехал в Ленинград.
1271.
На заводе в банке на счету не было денег, и 3го июля 1941го года главный бухгалтер и плановик уехали в город Витебск, в Облисполком, чтоб там как-нибудь помогли в деньгах рассчитать рабочих уходящих на фронт.
Там что-то обещали, и 4го июля рано ко мне пришёл главный бухгалтер и говорит, собирайся поедем в банк, а то днём нельзя будет за самолётами, и мы поехали, я, главный бухгалтер тов. Кандыба и плановик тов. Кореневский, оставив свои семьи на заводе.
Приехали в банк местечка Шумилино, а там ни банка ни денег нет и банк эвакуировался, мы пошли к председателю райисполкома тов. Сипко, а тот выслушал нас и отправил в райком.
1272.
Мы пошли в райком партии к секретарю тов. Фролову, тот выслушал нас и говорит, я позвоню, стал звонить, но телефон на Витебск оказался уже прорван самолётами врага и он нам посоветовал самим подъехать в Витебск, может быть привезёте какое распоряжение, здесь остался один работник банка, который будет принимать деньги, кто будет сдавать, может быть что и соберём. А машина райкома сейчас заберёт секретные документы и дела на почте и все дела райкома повезёт в Витебск и вы подъедете. Вот мы и поехали, тов. Альтшуллер, сопровождавшая документы нарсудья, Симаков и я с Ковалевским, Кандыба отказался, говорит, я уеду, а семья неизвестно где будет, и пошагал на завод.
1273.
Мы ещё не доехали от Шумилино до шоссе, как налетело 12 самолётов и стали бомбить шоссе, мы оставили машину, сами спрятались в большой ров, тут и Кореневский говорит, и я дальше не поеду, а то останусь один без семьи. Но я как член партии не мог не вполнить распоряжение секретаря райкома партии, поехал и сколько горя приняли в дороге, не давали ехать самолёты, ехали 4 часа. А приехали в Витебск, там уже ничего нет, ни облисполкома, ни банка, в банк меня не пустили, там уже стояла какая-то войсковая часть, я пошёл в обком, куда пошла машина, там нас заставили отбирать партийные документы для отправки в Москву, и остальные жечь, так мы проработали до 9 час. вечера. И уже был приказ о второй мобилизации.
1274.
Мы стали просить машину, так как обком оставил нашу машину для обкома, но потом было разрешено взять и мы уехали из Витебска часов в 10 вечера, уехали без света, на встречу нам попадалось много военных машин. Подъезжая к старому местечку Сиротино, как стало видно много ракет в сторону местечка Шумилино, а с Шумилино шло много беженцев, мы спросили далеко ли фронт, нам ответили, что немцы заняли местечко Уллу. Приехавши в Шумилино, там уже никого не было, я забежал в управление районной милиции, которая тоже уже, оседлав лошадей, собиралась уезжать, я нашёл брата Василия, попрощался с ним и пошёл домой, надеясь увидеть ещё свою семейку, это было часа два утра, по дороге я встречал своих товарищей, которые уже направлялись в военкомат.
1275.
Пробежав ст. Ловшу, стал встречать отступающие воинские части и нашу кавалерию, из под Уллы, бежавшие как попало. Подходя к забору, я увидел немецкий самолёт, низко круживший над заводом.
Придя на завод, я нашёл только директора завода тов. Вихрова, директора кирпичного завода, тов. Сапека, старика Сухорукова, Боброва и ещё троих рабочих завода. Это были все люди завода, так как в 1 час дня 4го июля налетели самолёты и начали бомбить завод, и все разъехались, разбежались кто куда.
Доложив директору о своей поездке в город Витебск, спросил, а где семейка, он мне ответил, что она уехала по направлению дер. Черенки Обольского сельсовета, а старику Боброву сказал дать мне лошадь, отвезти кое что подальше от завода, так как было оставлено всё наше имущество.
1276.
Но лошади уже и самому конюху Боброву не было, мы зашли с директором в кассу, где было ещё 600 рублей, он взял себе 200 руб. дал Сухорукову 100 руб. Двоим рабочим по 100 руб. угнать свиней из пригородного хозяйства в тыл, всё это оформил расписками, потом сожгли все секретные документы, оставив всё на месте, музыкальные инструменты, дорогое заводское бархатное знамя и знамя комсомола, замкнули кассу, я отдавал ему ключи, и он сказал, на что они мне.
Я забежал в квартиру, и что я там нашёл?
Всё разбросано, окна от бомбёжки все выбиты, на столе лежала мне повестка явиться в военкомат, бельё, 4шт. яичка и кусок сала, я схватил горлатик, побежал в бурвышку, набрал воды, напился с горя, выпустил коровку на волю из хлева, а сам стал собираться.
1277.
Взял из шкафа всё необходимое солдату, машинку для стрижки волос, бритву, катушку ниток, бутылочку йоду, неоконченное Олино платье, себе на верхнюю рубашку, все малые фотокарточки из рамок, которых было очень много, и всё моё имущество, а остальное всё осталось, что нами было нажито за 19 лет.
Взял велосипед и поехал в дер. Черейку, Зазаводку, (ещё две деревни неразборчиво), но нигде не нашёл своей семейки, были многие с завода, а где они никто не знал, и я уехал в сторону дер. Ровное, за деревней догнал одну работницу завода с доченькой, которая мне сказала, что моя семейка уехала на машине в сторону гор. Витебска, с шофёром Алексахиным, который увозил всё со склада в Витебск, с ними ещё уехали три семьи, дальше мне стало ясно, что всё пропало, я нигде не найду семейку.
1278.
И я отправился искать наш райвоенкомат, который из Шумилино переехал в Половецкий сельсовет, а оттуда в город Городок и решил ехать на деревню Козьяны, Селище и ст. Бычиху, откуда поездом в городок.
Через Бычиху шли очень много военных эшелонов в сторону Витебска, а оттуда эшелон с беженцами, среди которых я искал свою семейку, но безрезультатно, один эшелон с беженцами был разбомблен пройдя ст. Бычиху под ст. Езерище в лесу. Мне уехать на городок также не удалось, воинские эшелоны не останавливались, а других не было.
Я решил отойти от ст. Бычиха до деревни Бычиха с километр, где встретил целую колонну таких же как и я, среди которых были и наш райком и наш Обольский сельсовет, которые шли в сторону города Невеля.
1279.
Примкнувши к ним, мы всей колонной заночевали там, а на завтра утром, смотрю, такие же как и мы шли в сторону уже Витебска из под Невеля, мы спросили, они говорят приказано следовать в Витебск. И мы пошли, дошли до Городка, там нам выдали понемногу сухарей и сахару и было приказано идти в Витебск, на Лисовский завод.
По дороге до Витебска мы ночевали ещё две ночи, одну скоро за Городком, а вторую, не дойдя Витебска 9км. у Тёплого леса, не далеко от железной дороги.
Под утро наши взорвали два железнодорожных моста на речке. Мы встали и пошли, это было 9го июля 1941 года. У Тёплого леса, слева от дороги к реке Западной Двине, были вырыты окопы и наши красноармейцы стали кричать, куда вы идёте, здесь же фронт, мы говорим, так нам и приказано идти на фронт.
1387.
Подходя под Витебск у Чопино, в лощине дороги стояло две наших машины с красноармейцами и командиры среди них со шпалами, я подошёл к одному, спрашиваю, можно ли обратиться, получив разрешение, спрашиваю, можно ли пройти на Витебск, и он говорит, раз приказано, нужно идти, большинство наших ещё накануне вечером пришли в Витебск, только мы так говорим, как подбегает к нему один красноармеец и говорит, тов. начальник, скорей уезжаем, а то останемся, мы не поняли что к чему и пошли дальше.
Только поднялись на горку, как с Полоцкой дороги немецкие танки открыли по нас сильный пулемётный огонь, мы бросились в канавы, а потом ползком, по бороздам картошки в Чопино, в большой ров к Двине, где и остались не зная что делать.
1386.
Хотели бежать около Двины в Витебск, но из-за Двины уже стреляли наши, мы бросились снова в ров, туда уже стали падать немецкие снаряды, мы добежали до дороги Чопино - Витебск, а там немецкие танки. Мы бросились бежать около Двины в верх и добежали до села Лужасна, там перебрались на головной (аллейке плотов?) на второй берег Двины в совхоз Подберезье. Здесь целое столпотворение, Витебск весь горит, беженцы бегут по полям, курсируют наши танки и пехота.
Нас собралась толпа, человек с полсотни, и направились в город Сураж в военкомат, через колхоз (название непонятно), село Лемницы, одну ночь ночевали в дороге, а на вторую часам к 11ти дошли до Суража, там нас собрали 82 человека, дали сопровождающего лейтенанта и отправили по маршруту, Яновичи, Понизовье, Демидов, Ярцево и на город Вязьму, где должны были нас обмундировать, разбить по воинским частям и на фронт.
Но не удалось это нам, немец, занявши город Витебск, продолжал теснить наши части, устремлялся на восток.
Мы шли только ночью, так как днём нельзя было, из-за немецких самолётов, которые гонялись даже за одним человеком, не только за целой группой больше полсотни человек. Прошли одну ночь, другую и остановились на дневку недоходя города Демидова у колхоза Сыр. Левыки, это уже Смоленской области. Часть людей отвели лейтенант с бригадиром колхоза в сарай с сеном, к ручью, недалеко от деревни, а мы, человек 20, остались в сарае, около скотного двора, где расположились отдыхать, где были и раненые красноармейцы.
1384.
Как прибежал один красноармеец и выгоняет одного раненого и говорит, скорей уходим, а то останемся, за ними ушли и другие.
Мы решили пойти к сараю, к своим, как из ржи на деревню налетели немецкие танки, открыв огонь из пулемётов и пушек, деревня загорелась, население и наши с сарая, бросились бежать через огороды к речке, а немцы расстреливали из пулемётов, мы стали как нибудь спасаться, кто как мог, я и человек 6 убежали в сухой ручей и укрылись там, с нами во ржи были ещё артиллеристы Мариумпольцы, батарея которых осталась здесь же во ржи.
Прошло с пол часа, как танки уже помчались дальше, а пошли большие машины с прицепами с пехотой. Деревня горела, население кто остался живой тянулись с коровами к речке Каспля.
1383.
Как всё утихло, мы вылезли кто откуда, стали смотреть, уже по дорогам через деревню Левыки, и за речкой было большое движение немецких автомашин.
Мы не знали что делать, один красноармеец говорит, уйдём на ту сторону реки Каспля, я знаю брод, я как немцев видел здесь много, переходил на ту сторону, а как много там, то снова на эту, и мы перешли речку.
Нас население, скрывавшееся у речки покормили картошкой, и стало вечереть, мы расположились в сарайчике на огороде, где был немятый лён, ночевать.
За деревней, по большой дороге всю ночь шли немецкие машины. А на утро нам сказали, что немцы никого не пускают к фронту, куда мы хотели пойти, надеясь как нибудь попасть к своим, а от фронта в тыл немцам можно идти.
1382.
И мы, человек 10 направились обратно, по направлению на город Сураж, по дороге в деревнях встречали целые воинские наши подразделения, которые остались в тылу противника, и тоже не знали, что им делать.
Ночевали ещё ночь в деревне Козлы, перед Суражем, и на завтра нам указал дед, как в Сураж перебраться через реку Западную Двину, а оттуда на Ходорово и Кабище, добраться до города Городка и там наш Шумилинский (Сиротинский) райком. Мы 4 человека подошли к Суражу до тех мест, куда подходили накануне вечером, и я побоялся идти в город, мы вернулись назад в деревню и ночевали, а 4 наших товарища, с нашего сельсовета, пошли вечером и попались в плен к немцам, их за Суражем по дороге на Витебск задержали немцы и увели в местечко Уллу.
1381.
Подошедши к Суражу, остановились у кладбища, сели и сидим, а шла молодая женщина, спрашивает, чего сидите, мы ей рассказали, что боимся попасть к немцам, так как нам сказали, что немцы хватают таких и заставляют толкать автомашины под гору с временного моста, наши воинские части мост через реку Каспля в Сураже взорвали. Она говорит, что мой муж тоже боится немцев и сидит в деревне у моей мамы, от города километра 4. А я вас переведу выше моста, по кладям с бродом , я с города. И мы пошли, я и ещё один тоже товарищ, с нашего сельсовета за ней, а двое из города Городка сзади нас, с расчётом, что если нас заберут, то они вернутся назад. Вошли в город, где было очень много танкистов и мотоциклистов, но нас не задержали.
1380.
Женщина завела нас за город до льнозавода, мы попрощались с ней, поблагодарили её и пошли к Двине, чтоб, кто-нибудь перевёз нас на правую сторону Двины, у реки стоял мужчина и у берега была лодка, мы стали просить его перевезти, а он, сволочь, говорит, идите в город, там немцы перевезут. Мы пошли дальше вниз по реке, там на лодке каталась молодая парочка, мы стали их просить перевезти, хлопец, спасибо, подъехал к берегу, высадил девушку и перевёз нас. Мы переехавши помылись и пошли в дер. Ходорово, недалеко от Двины, там мы решили отдохнуть и заночевали, нас там жирно покормили, на завтра, позавтракали и отправились на село Кабище и Городок, перед Городком, у одной деревни нас задержали немцы, обыскали, посмотрели стриженные ли мы и отпустили.
1379.
Городок мы прошли благополучно, один товарищ остался уже в Городке, где был его дом, а мы втроём пошли за Городок, километров 10, через Стайки, до деревни Макарово, дома второго товарища, Харламова Филиппа.
Там заночевали, я у него, а второго моего товарища отвели к своему дяде, там я хорошо покушал, чего только там не было, и спирт в стопках, разобрали спирт и воду, разные селёдки, яички, масло, молоко.
Поужинавши, лёг спать на кровати с пружинным матрасом, жили они хорошо, семья была очень хорошая.
На завтра позавтракавши, нас подвели, показали дорогу на местечко Сиротино, и мы уже вдвоём с товарищем деревни Стодолище нашего сельсовета, Ганущенком Фёдором, отправились уже домой.
1378.
У деревни, под старое Сиротино нас встретила женщина и говорит, куда вы идёте, здесь три дня назад были большие бои немцев с попавшими в окружение нашими частями, есть много битых немцев и красноармейцев, мы пошли, за деревней лежало четыре убитых наших красноармейца, а когда вошли в лес, то там валялись обгорелые автомашины, оружие, обмундирование. Идти было страшно, думалось попадём к немцам, но прошли километра три лесом, вышли к малой деревеньке, увидели в окно детей, стало веселей.
В конце деревни стоял молодой мужчина, мы стали спрашивать, что здесь было, как видим, идёт немецкая самоходка и едут мотоциклисты, мы оставили расспросы и пошли на встречу, за деревней было много немецких могил с крестами.
1377.
Мы думали, что нас задержат, но встретились и она проехала, а мы ушли дальше. На дороге, у Старого Сиротино, видны были окопы немцев, на горках в сторону местечка Шумилино, и много немецких солдат. Но мы пошли прямо на Ловшу, у самой школы был какой-то штаб, увешанный их проклятыми знамёнами.
Нас там тоже не задержали, и мы пошли дальше, на дорогу Ловша-Улла, по какой ехало много войск, мотоциклисты, велосипедисты и, наконец, конный обоз. Проехавши деревню Мясоедово, получилась пробка из автомашин, которые шли с одной стороны и другой, против нас остановилась машина с прицепом, на которой везли много пленных, среди которых были и наши товарищи, которых задержали у города Сураж.
1376.
Машины разъехались и мы пошли, у деревни Буболи, тов. Ганущенко остался ночевать там, а я уже один пошёл на Николаево, и свернул от Уллы, на деревню Кордон и Фёдьково, где родные брата Осипа по его жене, но только подошёл к лесу, у моста было много наших орудий, без замков и ящики со снарядами, а за мостом, у опушки леса целое немецкое кладбище, с касками на крестах и цветами у вязанок на могилах. Уже вечерело, через лес было опасно идти, немцы стреляли, бросали гранаты через дорогу из баловства.
Мне попалась перед лесом тоже женщина, которая шла с Уллы, которая не шла, а просто бежала, я не мог угнаться, так как прошёл уже более 50ти километров, только вышли из лесу, немцы вели большую группу наших пленных.
1375.
Я свернул влево, на деревню (Камачино?) где ещё горели головешки от 4х сожжённых домов, там были ещё немцы.
Прошёл деревню, вышел на дорогу к деревне Кордон, в Кордоне, у моста на горке, под деревней Федьково, был тоже штаб, от которого отделился немецкий солдат мне навстречу, но когда я подошёл ближе, офицер что-то крикнул и он вернулся.
Так я и дошёл до деревни Федьково, где нашёл ещё и брата Осипа у его родни, они ещё были там в беженцах, от боёв в Оболи, из-за реки Оболи, с лесов, ещё стреляли наши окруженцы, из орудий по Оболи и дороге Полоцк-Витебск.
Придя я сразу свалился, был еле живой, очень устал, съел пару яичек и выпил кружку молока, но спать не мог, меня уже тревожили верно тысячи малых вшей.
1374.
На завтра истопили баню, я мылся, а потом ушёл в деревню Кукуносы к сестре Дарье, где пробыл 4 дня, были расклеены немецкие объявления, что все коммунистические, комсомольские и другие общественные организации распускаются, всё имущество переходит в распоряжение немецкого командования, за невыполнение и укрывательство расстрел. На четвёртый день приходит ко мне старший сын Петя из окружения, из города Витебска, не зная, что я у тёти, сколько было радости и горя, ничего не знавши про остальную семью. Дней пару побыли вдвоём у сестры, ходили на работу, согребать клевер, один вечер приехали немцы на машине за картошкой, и мы прятались в сарае с сеном. После чего я ушёл на дер. Убоино, Слудаши и в дер. Шаши, к родным, где и был, пока не пошёл 22 августа 1942 года в партизанский отряд.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ
Дмитрий Фёдоров
 
Сообщения: 58
Зарегистрирован: 08 май 2016, 01:20
Откуда: Москва
Благодарил (а): 25 раз.
Поблагодарили: 57 раз.

Re: Зина Портнова

Непрочитанное сообщение Дмитрий Фёдоров » 16 ноя 2016, 18:08

ПРОДОЛЖЕНИЕ дневника Константина Яковлевича Лузгина.


1373.
Пришевши в деревню Шаши, я остановился у брата жены Федуро Павла Григорьевича, у которого была семья, жена, трое детей и престарелая сестра, сам он был инвалид. Я начал работать в общине, чтоб хоть что-нибудь получил на прожиточный минимум и отработал 91 день, за что и получил, что приходило на один трудодень из хлеба, к тому, собрал кое какой инструмент и занялся сапожничеством, тоже платили хлебом (зерном).
Так и жили с горем пополам, так как работала в колхозе только жена шурина, а остальные все были нетрудоспособные и получали уже от общины мало, но немцы наложили свои грязные лапы на всё колхозное, забрали скот, хлеб и нечего было давать на трудодни, питались что было с огорода, ячмень картошка и другая огородина, была ещё
1372.
корова, пока немцы не забрали и собственных коров, уже летом 1942г. Зиму так всю и прожил, иногда наведывал сына Петю в Куконосах и сестру Дарью.
Зимой кто-то написал немцам, что я работал на торфозаводе кассиром и о моей партийной принадлежности, но когда пришёл староста Клетчинской волости, с полицаем, проверять никто это не подтвердил и я остался пока жить.
Весной давали землю по едокам, на семью шурина тоже пришлась доля и на 4-ре хозяина была дана лошадь, и я запахал весь его яровой клин, настало время сенокоса косил, ещё была корова, и вспахал полоски под рожь. Нас пропашников работало в общине 4 человека, я и три окруженца, один пехотинец, сибиряк, второй артиллерист мариумпольский и командир взвода, тоже сибиряк.
1371.
Эти трое товарищей ушли в партизанский отряд, меня ещё оставило командование отряда помочь инвалиду шурину управиться с работой. Но один раз приехали немцы с полицаями на машине в деревню Шаши, забрали 2 семьи, в составе 6ти человек, якобы за связь с партизанами, отвезли в Оболь и там их расстреляли. Позже, окружили деревню и забрали всех коров, и забрали всё, что им нравилось из квартир и уехали.
В первом и втором случае я чуть не попался в руки немцев, но только счастливый случай оставил меня жить.
Дальше так жить становилось всё опасней и опасней, и я стал просить командование отряда забрать меня в отряд. Так как в Оболи уже забрали 6 человек членов партии, отвезли в деревню Берковичи и там расстреляли их.
1370.
И 22го Августа 1942го года я ушёл в партизаны, отряд Ворошилова, бригада им. Ленина, в отряд я уже прибыл 31-м человеком, потом стал просить командование отряда забрать в отряд и сына Петю, и мы стали теперь вместе.
Под осень командование отряда дали мне 10 человек партизан и приказали строить склады-землянки, для хранения хлеба. И мы сделали 5 таких складов, укрытых в тайных местах и один построили большой, для хранения картошки и овощей. Когда было всё готово, хоз-команды стали заготовлять от населения окружающих деревень, согласно разнарядке командования, зерно, картофель и овощи. Всё это подвозилося к складам партизанами и укладывалось на хранение.
1369.
Так мы и жили, боевые взводы отряда делали налёты на молочные пункты, куда сдавали немцам молоко, уничтожали их, вели разъяснительную работу среди населения, ничего не давать немцам. Вели разведку и все сведения передавали в трёхугольник в штаб бригады.
Однажды 12 немцев на велосипедах приехали в деревню Шаши, награбили там разных вещей из одежды, а наши, из отряда, группа партизан сделали засаду у Фрицевской дороги и на обратном пути убили 8 немцев, 4 удрало и захватили 12 велосипедов и всю награбленную одежду у населения. Другой раз партизан Маркиянов и Шашков одевшись в немецкую форму, сели на велосипеды и уехали в
Токлинвильскую управу, забрали там всех, кто был с оружием и пару лошадей, обманув их, якобы им это
1368.
Приказало немецкое командование, прибыть в деревню Шаши, уничтожить партизан, которых там они окружили, они поддались на такую приманку и поехали, это было у самого носа большого гарнизона местечка Уллы. Товарищ Маркиянов в форме офицера приказывал им на немецком языке, а товарищ Шашков переводил, по заранее обдуманному плану. Наши ехали впереди, а те спешили сзади, а у деревни Заборье, на опушке леса была наша зассада, взвод партизан.
Проехавши засаду, наши остановились, как будто у офицера испортился велосипед, стали копаться около его, в это время подъехали на засаду с подводами. Засада открыв огонь , нескольких убили, а двоих захватили живьём и привезли их в отряд, на их лошадях и с оружием, старосту волуправы Шевашкевича и Молочника.
1367.
Много раз ходили, делали засады на дороге Полоцк-Витебск, подрывали. Всё это стало сильно тревожить немцев, и они стали готовить против нас блокаду. Им помогли пробраться в наш отряд провокаторы (Щербаки), которые, выезжая на велосипедах по деревням, во время задания, указали им наше расположение. И вот 29-30 сентября 1942г. наша разведка стала докладывать командованию, что немцы окружают лес, где были мы. Лес, где мы находились был небольшой, в длину, около берега Западной Двины 15 километров и в ширину 5 километров, такой длинной, узкой полосой. Наше командование решило тогда, что немцы в лес не пойдут.
1366.
А нам можно было в течение двух ночей перебраться у деревни Шаши на левый берег Западной Двины и избегнуть блокады.
Но в нашем отряде в это время был сам командир бригады Мельников, котораяя находилась за Двиной, не знали какое положение и там, и так мы стали ждать.
К нам ещё перебрались мобилизованные другими бригадами из-за Двины, следовавшие за линию фронта, человек 80, с лошадьми, которые тоже попали в блокаду. Но в это время немцы всё крепче сжимали кольцо окружения и закрывая нам отход за Двину, и к 1му Октября, мы уже были полностью окружены большими силами немцами, все населённые пункты были заняты и около Двины, окружение происходило со стороны города Полоцка, станции Оболь и местечка Улла.
1365.
Мы оставили лагерь, перешли через болото в другое место, на завтра мне было приказано с тремя партизанами пойти к нашим складам набрать продуктов и варить завтрак, впереди нас были взводы партизан в сторону немцев, это было 2 октября 1942г. Часов в 10 началась перестрелка, которая потом слилась в большую войну. Трещали автоматы, пулемёты, рвались мины, уже убили товарища Лоскутова, Сибиряка. Стали отходить наши взводы, мы уже остались сзади, никто нам не дал никакого распоряжения, что делать, сидели, пока не стали пули свистеть, тогда и мы оставили всё и ушли сзади за своими.
Я попал на островок, среди болота, где были другие партизаны, но там дальше нельзя было оставаться, и мы решили снова бежать в лес, через горку, где нас обстреляли трое конников.
1364.
Мы разбежались кто куда, я и другие попали вместе с тремя какими-то командирами регулярных войск, которые шли из-за Двины в сторону фронта, двое мужчин и одна женщина, я обрадовался, что с ними не пропадём. И так мы целый день лавировали по лесу, не зная куда деваться и что делать. У меня была винтовка без подающего механизма и 4 патрона, а у этих товарищей только наганы. К вечеру нас припёрли на опушку леса к реке Оболь у притока к Западной Двине. Там нас собралось уже человек 12-15. Среди нас было человек 5 девочек. Те подняли панику, немцы стреляя кричат, смыкайтесь теснее, среди них было много русских Власовцев, продавшихся немцам. У одного из наших партизан из-за Двины, была большая противотанковая граната.
1363.
И когда немцы подошли вплотную, он и девочки решили взорваться, мы все лежали такой цепочкой, когда он бросил гранату среди нас, то она не разорвалась, он схватил её встал и девочки окружили его, я был немного дальше, бросил ещё, получился сильный взрыв, мне царапнуло левое ухо, всё окутало кругом дымом. Только я схватился встать бежать, как надо мной появился какой-то большой верзила, наставил автомат, кричит, вставай бандит, схватил, сдёрнул у меня чуть ли не с ногами сапоги и вывел из лесу, это было тут же рядом с полем, метров 10-15 где мы лежали, мелкий соснячёк. Здесь уже стояли человек 20 с завязанными руками в шеренгу, кругом немцы, на левом фланге стояли офицеры с овчаркой.
1362.
Когда меня пристроили, то из леса вывели трёх или четырёх девочек, которые взрывались, я посмотрел но их нельзя было узнать, у них были окровавленные все лица, я посмотрел на право по шеренге и увидел тех самых командиров регулярников, мужчин. У одного спрашивает власовец, какой области, он говорит Мариумпольский, а... землячёк , Родину пришёл защищать, а наган где, тот отвечает, у меня не было, а это что кобура на поясе, схватил винтовку за дульную часть, размахнулся и со всего размаху ударил по голове, тот зашатался, облился кровью. Мне в это время один власовец или немец, не помню, связывал носовым платком руки. Я понял, что пропал, и тут же рискнул бежать, так как, я руки уже освободил и держал только так, лицом стояли к лесу, который был метров 10-15.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ
Дмитрий Фёдоров
 
Сообщения: 58
Зарегистрирован: 08 май 2016, 01:20
Откуда: Москва
Благодарил (а): 25 раз.
Поблагодарили: 57 раз.

Re: Зина Портнова

Непрочитанное сообщение Дмитрий Фёдоров » 16 ноя 2016, 19:02

Тут небольшое лирическое отступление.
Когда я дочитал дневник Константина Яковлевича до этого места ребятам и девчонкам подшефного 5-го класса, там у них есть военно исторический клуб в школе, то одна девочка, которую очень расстроила история с подрывом гранаты, потребовала от меня заранее рассказать остались ли живы схваченные фашистами герои:) Вот так, будто я знаю всё наперёд. Класс к ней присоединился.
Что делать? Ведь информации об этом нет в дневнике.
Я решил использовать методы математической статистики, которые иногда применяются в физических экспериментах, когда нет прямых данных о каких-то событиях, но информацию можно получить косвенно, исследуя другие события. Для этого мы с классом, разбили всех героев и антигероев повествования на различные группы, получилось двенадцать групп людей или отдельных фамилий. Фокусной группой была группа партизан, захваченная немцами при зачистке, её судьбу требовалось хотя бы минимально узнать. (Остальные группы и люди должны были располагаться по месту и времени максимально близко к фокусной, согласно повествованию).
Затем, ребята сбегали в коридор и привели, постороннего ученика, который не был знаком с дневником. Его попросили случайным образом, из кучи, выбрать в дополнение к фокусной группе, ещё четыре группы или фамилии. Т.е. 4 бумажки, для статистической выборки. Я посмотрел что там. Класс об этом не знал ещё.
Я попросил ребят и девочек сделать предположение, о том, что ждёт фокусную группу в дальнейшем. (Группу захваченных в плен партизан). Посоветовавшись, они решили, что всех расстреляют, потому, что фашисты обычно так делали с партизанами.
То есть, вы предполагаете, что продолжительность дальнейшей жизни у людей из этой группы будет самой короткой? Переформулировал я вопрос. Все согласились.
Тогда, я показал им четыре бумажки (вместе с фокусной группой пять), которые вошли в статистическую выборку. Там Значились фамилии (Маркиянов Борис Кириллович - о нём была история с захватом велосипедистов и он тоже находился где-то в этом лесу при зачистке) (Лузгин Пётр Константинович - сын главного героя) (Лузгин Константин Яковлевич - главный герой дневника) и попалась одна группа антигероев (Власовцы и немцы захватившие партизанов в плен).
Я сказал ребятам, что Маркиянов Борис Кириллович остался в живых, и прожил после войны успешную жизнь, главный герой Константин Яковлевич тоже выжил, иначе как он мог бы написать свой дневник. Все согласились. Сын главного героя Пётр Константинович, тоже будет в порядке и проживёт долгую жизнь. А вот относительно группы власовцев и немцев, сказать определённо ничего нельзя. Вероятно, они доживут до 1944 года, когда Красная армия начнёт их громить, а далее их судьба очень сомнительна.
Дальше я рассказал классу, что их предположение о том, что группа партизан захваченных в плен погибнет раньше чем группа власовцев и немцев, захвативших их в плен, не верно, с вероятностью 4/5. И если власовцы и немцы проживут хотя бы до 1944 года, то захваченные в плен партизаны имеют четыре шанса из пяти возможных, пережить 1944й год (вторую половину года).
Этот расчёт по теореме об условной вероятности событий, пятикласники конечно не поняли, но просто поверили, что возможно девочки, оставшиеся в живых после взрыва гранаты и другие выживут с неплохой вероятностью:)
Такая вот история.
Потом мы продолжили читать дневник дальше.
Последний раз редактировалось Дмитрий Фёдоров 16 ноя 2016, 19:27, всего редактировалось 3 раз(а).
Дмитрий Фёдоров
 
Сообщения: 58
Зарегистрирован: 08 май 2016, 01:20
Откуда: Москва
Благодарил (а): 25 раз.
Поблагодарили: 57 раз.

Re: Зина Портнова

Непрочитанное сообщение Дмитрий Фёдоров » 16 ноя 2016, 19:09

Вторая часть ПРОДОЛЖЕНИЯ дневника Константина Яковлевича, после лирического отступления. См. пост выше.

1361.
Я посмотрел, что все думают, что всё кончено, успокоились, любуясь на свою уже жертву, вмиг собрал все мои силы, и не дав опомниться всем окружившим нас, бросился бежать в лес, только прыгнул в него, как немец с колена тут же в лесу, чуть ли не в упор выстрелил в меня, я прыгнул так, что только шапка с головы свалилась, я бежал сколько было у меня сил, думая, что за мной пустят овчарку. Но только дали две очереди из автомата или пулемёта и перестали стрелять.
Я изнемог, сел передохнуть и думал, что если набежит овчарка, то я схвачу её за шею и удушу, сколько тогда было у меня силы, но больше меня никто не преследовал. Слышу кончился шум, крики, подалась какая-то команда, запели сволочи песню, чубараки чубчик и увели пленных.
1360.
Уже вечерело, зашло солнце, я поднялся и пошёл, не зная куда, думая, что я только остался один из своих товарищей, так как, двое товарищей из деревни Шаши, Бобарыка Яков и Храмцов Фотий (? Имя не очень понятно) погибли, верно при взрыве гранаты, так как я их среди шеренги в которой 10-15 минут был сам не видел. Я решил идти, опасаясь, один, босой, без шапки, и только лишь в шубной жилетке, и это же уже октябрь месяц.
Немного пройдя, я услышал шаги приближающегося человека, стал за сосну, я его окрикнул, кто идёт, мне отозвался наш партизан Гончаров Владимир, он бросился ко мне и говорит, видел ли ты своего сынка Петю, я спрашиваю, а ты где его видел, он говорит, мы добежали до реки и они с комвзводом Лавровым залегли в речку Оболь в кустах, только головы видны, а я подался левее.
1359.
А теперь не знаю где они, меня когда смыкали окружение, не заняли, я был в то время во рву, который вёл от речки в лес.
И мы пошли, я знал, где мы находимся, но вот налетели самолёты и стали бомбить опушку леса, стали рваться бомбы. Мы бегали от сосны к сосне и я потерял ориентировку, нашли в лесу геодезический маяк, я забрался на него выше леса и ориентировался по склону леса к речке. Стала уже темная ночь, мы пошли к лугу, так (непонятное слово) (красный луг) среди лесу, там при входе заметили немцев, обошли их слева, зашли на луг, там я обмыл кровь с уха, и отправились дальше, к болоту, рассчитывая болотом выйти из окружения, и там перебраться в другой лес, ближе к Оболи, через речку и в бригаду в деревне Зуево, в треугольник (Витебск-Полоцк-Невель-Витебск).
1358.
Перейдя луг, мы встретили ещё одного партизана из деревни Шаши, который искал свою семью в лесу, Пугина, он нам сказал, что наткнулся ещё на цепь немцев в лесу с собаками. Я попросил у него фуражку и он дал нам горсть гороху, так как он был около дома, и мог пробраться как-нибудь и достать себе кое-что. Мы пошли на болото не теряя из виду лесу, слышно было, что нас чувствовали собаки, и немцы стреляли на болото трассирующими пулями, так мы и шли, стал уже морозик, мох на болоте стал хрупкий, а я босой. Пройдя болотом километра два свернули в лес, я нарвал сухой папоротник забрался под низкие ёлочки, обвертел ноги, стал согреваться, прижавши к себе Гончарова Володю, он был в одной гимнастёрке, так мы пролежали час, пока он пошёл разведать как что.
1357.
Когда мы выходили из лесу наткнулись на лошадей и думали, что это лошади с деревни Клетчино, он искал около них Людей, но оказалось, что это те лошади, которых хотели переправить за линию фронта с бригады мельникова.
Стал денёк 3го октября, он пришёл ко мне, и мы пошли искать кое кого, и встретили старика Дрозда с дер. Глинное, который сказал, что немцев нет уже в лесу, он хотел поймать себе лошадь.
Мы уже хорошо знали где находимся, нашли свои склады, которые горели, мешки с зерном, которые были вытащены и порезаны. Я нарезал себе полос из мешков, обвернул себе ноги и пошли дальше, встретили мужа моей родной сестры из деревни Куконосы, Велюга Степана, он искал тоже лошадей, на ногах у него были галоши. Я забрал их у него, сказал, а ты сплетёшь лапти и будет хорошо.
1357.
Пошли дальше, около небольшого озерка к нам выбежали на встречу ещё трое партизан с деревни Слудоши и Убоино, среди них был начбой нашего отряда Храмцов Пётр - коммунист, я стал рад, задержался около них, а мой Гончаров Володя не остановился, я окликнул его , неходи, будь с нами, он не послушался, пошёл один, вышел днём к деревне Клетчино, зашёл, там были его его тётя, залез на хлев, спрятался в солому, но там ещё были полицаи, заметили, вытащили его с хлева и расстреляли, не послушал старших и погиб ни за что, и какой был хороший партизан, из дер. Печора, он хотел верно пробраться домой, узнать про других, их было много с деревни. Мы с ним договаривались пробраться в Печорский лес, а оттуда, за железную дорогу, в бригаду, если никого ещё не встретим.
1355.
Мы уже четвером пробрались к деревне Корное, которая была среди леса, просмотрели, что там нет никого, пошли дальше к дороге через лес Оболь - Шаши, у которой только были малые окопчики одиночки, в сторону нашего лагеря, на метр-два один от другого по всей длине дороги под Шаши. Перешли её и подались дальше к деревням Слудаши - Убоино, однако, ещё двоих мы нашли из деревни Слудаши, стали наблюдать за деревней, а мы вдвоём пробрались рвом в деревню Убоино, где был отец Храмцова, на вопрос были ли немцы, здесь сегодня нам сказали, что часа в три дня было три машины, но уехали. Мы хорошо покушали в двое суток раз, захватили ещё с собой и ушли в лес, ночевали вдвоём, отца Храмцова попросили назавтра истопить к вечеру баню помыться, а потом перебираться в треугольник в бригаду.
1354.
По условленому знаку, что немцев в деревне нет, мы вечером пошли в баню мыться, как кто-то три раза постучал, я вскочил, смотрю, командир отряда товарищ Нестеров, мы стали очень рады, ему сказали, что мы в бане и он пришёл к нам. Теперь, мы хорошо мылись, а он дежурил, после у отца Храмцова покушали и пошли в деревню Прудок, куда по словам командира, должны были прийти партизаны с деревни Черчицы, а те услышали, что должны в эти деревни, около Двины приехать много немцев, переехали все за реку Западную Двну. Просидевши целую ночь и недождавшись, решили. Командир отряда нам сказал куда на завтра прийти, где их уже собралось 13 человек. Назавтра, мы встретили трёх девочек с этой группы, пошли с ними вместе.
1353.
Там были комиссар отряда товарищ Сипко и другие коммунисты, которым среди нас негде было деваться, как другим, которые после блокады разошлись ближе к домам. Так мы недели две сидели в лесу, собирая разные сведения про немцев, следя за их движением вокруг нашей зоны. Один день узнали, что собирается приехать в Шаши много немцев, мы оставили подрывную группу в составе семи человек, а сами все остальные в деревне Черчицы перебрались на левую сторону Двины, в бригаду Мельникова. Стали собирать всех партизан отряда и по приказу, штаб штаб бригады, наладивши связь, ушли в бригаду в треугольник, где и расположились в деревне Ровное, где и стояли.
После Октябрьских, нас старейших направили за линию фронта, за оружием и боеприпасами, во главе с начальником штаба отряда.
1352.
товарища Пузикова П.Д. человек двадцать. Пошли мы за железную дорогу Витебск - Городок, где стояло много бригад до самого фронта. Линию фронта в районе Усвяты - Пудичи нам не удалось перейти, с нами шла группа регулярных войск, с тыла врага выполнявших задания, которая ночью до нас пыталась перейти, но безуспешно, немцы сильно укрепили то место, где раньше партизаны переходили, нужно было идти идти километров 70 левее, и там было место, где можно было перейти. Начальник штаба приказал передать продукты молодейшим, а нас, человек семь, отправили назад, и мы вернулись опять старой дорогой. В отряде мы дождались товарищей из-за линии фронта, которые прошли благополучно, и принесли, автоматы, патроны, тол, рассказали, что делается у нас в тылу.
1351.
В конце декабря 1942г. немцы стали готовить большую блокаду на треугольник, со стороны, Городка - Оболи - Полоцка. Мы отходили с боями в сторону Россоны за железную дорогу, и в ночь с 6го на 7е января 1943г. перешли за железную дорогу, где и расположились, среди тамошних бригад, около станции Клястицы. После чего был приказ со штаба партизанского движения нашей бригаде перебраться в свою зону треугольник.
Где были до марта месяца 1943г. пока немцы ещё не стали блокировать лес, и снова припёрли нас к железной дороге Россон. Получив приказ бригаде перебазироваться за реку Западную Двину в распоряжение командования партизанского объединения. И в ночь с 22го на 23е марта 1943г. мы перешли речку Оболь, железную дорогу Полоцк-Витебск, шоссе, Лес и пришли в деревню Шаши.
1350.
После 4х часового отдыха, перешли через лёд ещё за Двину, на четвёртый день лёд уже ушёл. Заняли участок обороны левую сторону реки Западной Двины на протяжении километров 12-15 от деревень Адолино, Усвица, двор Усвицы, Островляны и Городище, штаб отряда расположился в деревне Кисели, в стороне от Двины. На таком большом участке наш отряд удерживал позиции против немцев, которые несколько раз пытались перебраться через реку, но безуспешно, были отбиты.
Дошло дело до братания, как-то летом в 1943 году немцы заняли деревню Черчицы на правом берегу реки и зная, что через реку им не перебраться они предложили переговоры, стали просить прислать к ним за реку своих представителей от партизан, обещая им полную гарантию безопасности.
1349.
С разрешения штаба партизанского движения, из-за линии фронта, отряд пошёл на это. Укрепив оборону реки и усилив её партизанами, отправили за Двину командиры, сынка Петю и санитарку отряда - Боровкову. Их командование немцев приняли, угощали папиросами и конечно предлагали шнапсу. А главное просили бросить сопротивление и сдаться, угрожая, что они всё равно рано или поздно разобьют партизан, и дальнейшая борьба бесполезная, зачем зря проливать кровь, и обещали после рай на земле.
Наши представители сказали им, что они не уполномочены командованием на решение такого большого вопроса и просили их прислать своих представителей в наш штаб, обещая им так же безопасность. Немцы перевезли их на нашу сторону реки и обещали, что и они прибудут к нам.
1348.
Условившись, когда они перейдут к нам, отряд хорошо подготовился к встрече, усилив оборону, стянув всё оружие, миномёты, пулемёты, поставив их на берегу реки, в деревне Усвицы, ходили партизаны с новыми хорошими автоматами, на поясах гранаты. Встретили немцев дружелюбно, от них прибыли три человека, офицер - командир роты, ещё второй офицер и рядовой, пригласили в штаб, там им приготовили хорошей самогонки и закуски, они приняли угощение с благодарностью. После чего повели прежнюю полемику, сдаться им, наши поставили такие же условия. На что конечно не пришли к соглашению ни та, ни другая сторона, немцы только дивились, говоря, что мы думали, что партизаны это просто банды, но вы имеете свою идею, цели и задачи и хорошо вооружены.
1347.
Псле чего, узнав их высшее командование о случившимся, сняли этого командира части, расформировав её и увели с деревни Черчиц.
Постояв на одном месте так весну, лето 1943г. и половину зимы 1944г. наш отряд перебазировался дальше вглубь партизанской зоны. Штаб был в деревне Красная горка, и отряды заняли оборону у дер. Красное - Ляхово. Хозяйственная часть в деревне Берёзово. Но долго так стоять не пришлось, немцы стали готовить большую блокаду, сняв с фронта большую воинскую часть с её полным вооружением, орцдия, миномёты, пулемёты, танки и массу двухмоторных самолётов бомбардировщиков, зная, что в нашей зоне много партизанских бригад и соединений, от Полоцка, Уллы, Лепеля, западной зоны и до самого Минска, до 60ти тысяч партизан. И 11 апреля 1944г. начали блокаду.
В 9 часов немецкие танки с трёх сторон, Уллы, Лепеля и Полоцка, стали теснить отряды и бригады, на наш отряд пошли танки со стороны деревни Бальбиново и Красного, появились первые жертвы, убили пулемётчика товарища Храмцова Степана, разведчика Борисевича, Будкевич Ольгу, Шашкову ранило тяжелоРжевлинова с женой в живот, который видя безвыходное положение, застрелил жену, а потом самого себя, ранили начальника штаба отряда товарища Пузикова и других. Так немцы теснили нас, а бригада с боями отходила в сторону местечка Ушачи и 40 км. от реки Западной Двины, до местечка дрались 24 дня. После чего нас загнали в так называемый Матыринский лес и окружили. Начали борьбу на уничтожение, бомбили лес и обстреливали из орудий.
1345.
Получив распоряжение из-за линии фронта штаба партизанского движения, пробиваться бригадами, отрядами и небольшими группами, наша бригада попыталась пробиться но не вышло, тогда дали команду пробиться поотрядно, и наш отряд решил повзводно.
И вот 25 апреля 1944 года вечером, отряд вышел на исходные позиции на опушку леса, не далеко от железной дороги, где было видно 3 броневика. Два взвода 3й и 4й и штаб решили идти за железную дорогу в западную сторону, а наш 2й взвод в котором был и я с сыном решили выйти в тыл противнику на место старого расположения бригады , в деревни Быстрики, Крижи, Кисели. Выйдя из лесу, мы направились вправо, около жел. дороги, дойдя до деревни, где на горке на песке лежала убитая голая девушка, мы не заходя в деревню пошли в лес в направлении станции Ветрино, свернув ещё вправо.
1344.
Дойдя до небольшой деревушки на опушке леса, мы зашли к одному старику в избу, это было часов 10 вечера, распросили его, есть ли в деревне немцы и были ли, он ответил, что вечером было 11 конников разведки, спрашивали где партизаны и уехали.
Мы пошли дальше, ещё в деревню, где нам дали на двоих по кружке молока, перекусили и пошли в последнюю, перед немецким фронтом, как нам сказали, что в следующих деревнях есть немцы, вечером было видно, как они на высотках рыли окопы.
В этой деревне мы взяли проводника, который вывел нас за деревню, потом сказал, что я ничего не знаю, я здесь не так давно живу. Мы взяли старичка, который сказал, что этот здоровяк лет под 40 и родился здесь. Мы хотели его крепко наказать, но отпустили.
1343.
Старичёк нас повёл к деревням, где были немцы, дойдя до большой дороги, он сказал, что я дальше не поведу, что хотите делайте, а вы видите болотинка за дорогой, между деревьями, а сзади с километр большой лес. Пройдите этой болотинкой до лесу - ваше счастье, так как эта болотинка обстреливалась немцами трассирующими пулями. Мы поблагодарили старичка и пошли цепочкой посреди болота, как только немцы пускали ракеты, мы замирали в большой траве, ракеты гасли, мы снова шли, пули нас во время обстрела не доставали, летели выше, так мы и дошли до лесу, перед лесом видно было на высотке слева свежая земля. Петя, с командиром взвода Лавровым нас положили, и сами пошли разведать это место на опушке леса, немцев там не было, они видимо ушли в деревни от леса.
1342.
Так и вышли в лес незамеченными, пройдя немного расположились отдохнуть, расставив кругом по двойных часовых, повесив будильник на берёзке, я должен был сменять часовых, некоторые уже заснули, как прибегает один из часовых и говорит, что вправо спереди немцы, уже слышно было их галдёж, я стал скорей будить спавших, дёргать за волосы, так все устали, несколько ночей не спавши.
Всех подняли и быстро быстро слева проскочили мимо немцев, которые кричали (партизан справа).
Уже стало светло, мы снова попали на открытое болото, нас заметил самолёт, стал летать и показывать дымовой лентой где мы были, но мы уже были далеко. Отойдя дальше на болото, увидели две деревни, одна справа, вторая слева, где были видны на горках немцы.
1341. Пошли дальше к лесу, на пути нам попалась большая широкая канава по болоту, так мы и прыгали в воду, подходя к лесу увидели впереди нас дорога по настилу на краю болота к деревне справа, по которой шёл немецкий обоз, мы залегли среди малых сосёнок и травы, как подъезжают слева от нас метров 150. По горке, на которой зеленела рожь, спереди бежали собаки, а офицерьё кричали (кыш-кыш).
Мы были все наготове начать борьбу, если нас обнаружат, хотя у нас было мало патронов, а с обозом шло много немцев.
Офицера постояли немного, посмотрели, повернули обратно к обозу, а мы скоро перешли дорогу и вошли в большой лес, мы уже знали где находимся, передохнули и пошли дальше, по направлению деревни Плиски.
Там в лесу ночевали ещё ночь, это было уже с 6го на 7е мая 1944 года.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ
Дмитрий Фёдоров
 
Сообщения: 58
Зарегистрирован: 08 май 2016, 01:20
Откуда: Москва
Благодарил (а): 25 раз.
Поблагодарили: 57 раз.

Re: Зина Портнова

Непрочитанное сообщение Александр Плотников » 21 ноя 2016, 14:22

Вы детям понемногу зачитываете? Подогреваете? :-):
Александр Плотников
 
Сообщения: 20
Зарегистрирован: 17 авг 2016, 17:35
Благодарил (а): 5 раз.
Поблагодарили: 26 раз.

Re: Зина Портнова

Непрочитанное сообщение Дмитрий Фёдоров » 21 ноя 2016, 20:38

Когда перевёл основную часть текста, то мой товарищ - учитель, пригласил меня на занятие класса после уроков. Читал дневник от начала (от революции) почти до конца, с пояснениями про то время. Рассказывал про Полоцко-Лепельскую партизанскую зону (по мотивам книги командующего бригад - Лобанка, воспоминаний Прудникова и других), про Оболянское подполье, про Зину Портнову, ну как положено. С фотографиями. Про Зину Портнову учитель ребятам и раньше рассказывал. Теперь всё сложилось в общую картину подвига партизан и подпольщиков.
В острых моментах повествования дети переживали, что будет дальше с теми или другими персонажами. Пришлось выкручиваться:)
Кстати, рассказал, что партизаны отряда Прудникова (отряд действовал севернее Полоцка) смогли вытащить из Полоцкой тюрьмы 14 активных подпольщиков, (помог немецкий Антифашист) скомпрометировав при этом эсэсовца - Фибиха, так, что того забрали в Германию держать ответ. А одна из освобождённых подпольщиц взорвала потом склад артиллерийских снарядов.
Об этой истории мой пост здесь:
viewtopic.php?f=9&t=104
Это настроило ребят и девчонок на то, что не во всех случаях история заканчивается печально. А иногда можно определить какие-то детали истории по косвенным данным.
В общем, если кто-то из них станет историком, когда вырастет, значит работа была проведена не зря:)
Дмитрий Фёдоров
 
Сообщения: 58
Зарегистрирован: 08 май 2016, 01:20
Откуда: Москва
Благодарил (а): 25 раз.
Поблагодарили: 57 раз.

Re: Зина Портнова

Непрочитанное сообщение Дмитрий Фёдоров » 21 ноя 2016, 23:30

Ещё одно лирическое отступление о статистических методах.
Судьба пойманных фашистами партизан при прочёсе леса (о которых рассказал в дневнике Константин Яковлевич) до сих пор не даёт покоя исследователю :(

По статистике 1942 года, власовцы должны были их расстрелять после допросов, или передать немцам, а те - расстрелять. Но, если рассмотреть полную систему возможных событий, то появляются нюансы.
Будем рассматривать отдельно группу тех партизан и партизанок, которые подрывались противотанковой гранатой. В эту группу придётся включить и Константина Яковлевича (он был далеко, но его задело осколком). Было 5 девочек, тот партизан, что с гранатой, два партизана, которые потом (по мнению рассказчика) погибли при взрыве. Итого 9 человек. Какими способами они могли погибнуть в этой истории? Мы сделаем (априорное) предположение, что девочек (тех, кто остался в живых) всё-таки расстреляют власовцы или фашисты. Какова вероятность этого?
События в полной системе событий такие:
1. Погибнуть от первого броска противотанковой гранаты (которая оказалась исправной). Вероятность взрыва исправной гранаты очень большая 0.98 и более. Вероятность гибели от ударной волны, при близком взрыве тоже очень высокая. Оценим итоговую вероятность погибнуть как 0.8 Однако событие не наступило.
2. Погибнуть от второго, произошедшего взрыва гранаты. Вероятность была ещё выше, для тех, кто был рядом. Оценим её как 0.9 . Однако граната убила не всех. Погиб тот, кто бросал, два партизана и одна или две девочки. Оставшиеся в живых девочки, могли идти на своих ногах. Они были в крови, но неизвестно чья кровь. Может быть партизана, которого разорвало.
3. Погибнуть при расстреле потом (если расстреляют) Это было наше предположение. Пусть вероятность 0.9.
4. Умереть от старости, прожив долгую жизнь, или как-то иначе, но не в результате попадания к фашистам.
Участники события, после побега Константина Яковлевича, также делятся на две группы. Те кто остался и тот, кому удалось убежать, хотя вероятность расстрела была 0.9.
В итоге получается очень интересный расчёт вероятности события, которое мы предположили (априорно).
Вероятность два раза погибнуть от гранаты = 1- ((1-0.8)х(1-0.9))= 0.98 Но событие не наступило (для выживших не наступило). Поэтому, мы должны теперь изменить условную вероятность нашего предположения о вероятности погибнуть при расстреле, уменьшив её. Для этого есть теорема Байеса. Вероятность выжить при двух попытках взорваться А=(1-0.98)=0.02
Вероятность погибнуть при расстреле, мы предположили Б= 0.9.( априорная вероятность)
Полная вероятность события "погибнуть" 1-(0.02х(1-0.9))=1-(0.02х0.1)= 1- 0.002= 0.998
Вероятность гипотезы "Расстреляют фашисты" при наступлении события В (то есть, если удалось выжить при взрывах гранаты), по теореме Байеса (т.е. так называемая, апостериорная вероятность):
0.02х0.9/0.998= 0.018 а значит, вероятность, того, что
НЕ РАССТРЕЛЯЮТ 1-0.018= 0.982 (как вероятность удачно слетать на самолёте)

ИТОГ:
Получается, что девочек, попавших под гранату "дважды", а также задетого осколком Константина Яковлевича, теперь ОЧЕНЬ СЛОЖНО УБИТЬ (всего восемнадцать шансов из тысячи). Не случайно, что он убежал без проблем и автоматная очередь в него не попала, и собаку на него не спустили (повезло овчарке). И самое главное, что УСПЕШНЫЙ побег, главного героя дневника, в данной ситуации, только увеличил шансы девочек на выживание.

Уникальная ситуация, когда можно предположить, как сложилась их судьба. Может быть их отправили в Полоцкий лагерь, а оттуда партизаны, как известно, освободили 50 человек, которых хотели угнать в Германию. Может быть по другому.

Вот что значит дважды попасть под гранату и выжить при этом. В технике аналогичное событие называется "опрессовкой". Например, водопровод каждое лето, прессуют под увеличенным вдвое напором, и если трубу не прорвало, то потом уже целый год аварий не будет:)
Дмитрий Фёдоров
 
Сообщения: 58
Зарегистрирован: 08 май 2016, 01:20
Откуда: Москва
Благодарил (а): 25 раз.
Поблагодарили: 57 раз.

Re: Зина Портнова

Непрочитанное сообщение Дмитрий Фёдоров » 04 дек 2016, 20:04

ПРОДОЛЖЕНИЕ ДНЕВНИКА КОНСТАНТИНА ЯКОВЛЕВИЧА ЛУЗГИНА.
(Извиняюсь, что была большая пауза:( разгребал завал на работе. Теперь проще:)

1340.
Утром снова двинулись в путь, к вечеру вышли на опушку леса к деревне Амельянки. Мы все остались на опушке, а Петя с командиром взвода Лавровым пошли в деревню. По сигналу из деревни можно идти, мы двинулись цепью в деревню, это было вечером.
И что мы нашли в этой деревне? Всё население, которое осталось в деревне было расстреляно, кто где был, на дворе, в избе, на пороге, у печки, на койке, дети, женщины, старики. В квартирах полный погром, окна выбиты с рамами, шкафы поломаны, подушки распороты, перья как снег везде рассыпаны, вазы из под цветов побиты. Так могли сделать самые заядлые варвары средневековья, а не люди, которые называли себя гуманными - культурными, это могли делать только фашисты.
1339.
Пошаривши там в квартирах, мы нашли немного муки, лепёшек из льносемян, картошки и в погребке бочку квашенной капусты, всё это разобрали, за деревней было узкое длинное озеро, которое нам нужно было форсировать на другой берег.
Там мы нашли три рыбачьи лодки, которые поднимали по два человека (они были долблёнки). Так мы возились целую ночь, всё-таки озеро, для такой переправы было широко. К утру мы перебрались в зону, где был наш аэродром, немного передохнули и двинулись дальше, к деревне Пукановка, население которой жило в лесу в землянках, где мы и ночевали ночь с 7-го на 8-е мая 1944 года.
Утром немцы сделали налёт на другой лагерь населения, стали слышны выстрелы, мы послали разведку, которая вернувшись доложила, что немцы забрали скот и ушли.
1338.
Мы пошли дальше в место расположения нашего отряда - деревню Кисели, которую немцы сожгли дотла, население частью было расстреляно в лесу, а часть заперли в сарай там всех и сожгли живьём. Оттуда пошли пошли в место расположения штаба бригады, к деревне Быстрики, в лес, где был бригадный госпиталь, надеясь найти какой-нибудь сигнал, как было условлено перед выходом из окружения, с начальством отряда, кто проберётся, собираться там, но ночевали мы ночь с 8-го на 9-е мая и никого и ничего не нашли. И в ночь с 9-го на 10-е мая 1944 года, решили форсировать реку Западную Двину на правый берег, а весна, река разлилась, переправы нет никакой, мы нашли немного верёвок и проволоки.
1337.
Стали разбирать баню, которая была без крыши в деревне двор Усвица и стали мастерить небольшие плоты, на которых удалось перебраться немногим, водой уносило их далеко вниз, а километра три от нашей переправы, ниже в деревне Островляны, и километра полтора выше были немцы, в деревне Усвица.
На наше счастье на глади воды реки появилась лодка, на которой перебрался старик на левую сторону реки в деревню Двор Усвицу, в поисках своей дочери из деревни Слудаши, мы тихо выждали, пока он переехал, взяли у него лодку и за четыре раза перебрались на правый берег реки Западной Двины в лес, в место организации нашего отряда, Шашенский лес, в 1942 году.
Где тоже были указаны нам маяки, кто первый появится после блокады.
1336.
Переночевавши, мы втроём, я и две девушки, пошли в указанное место и ничего там не нашли, на завтра тоже шли и встретили одного раненого из партизан Федуро Владимира, который нам сказал, что здесь разом с населением деревни Шаши, находятся сынок Петя и нач. штаба отряда Пузиков Пётр, которые отстали в деревне Пукановка, во время обстрела немцами лагеря, которые ушли разведать всё.
Также с ними с Шашанами, находились командир и комиссар отряда. мы все были рады, кое что добыли из продовольствия, остались среди населения, много из которого болели тифом. Повстал вопрос искать новое место и перебраться туда, чтобы избежать, заболевания и нам среди населения.
1335.
Мы с комиссаром отряда вдвоём отправились на поиски и нашли хорошую стоянку, недалеко от бывшего лагеря нашего отряда. Так мы и жили там недели три и вели разведку, так как уже хорошо были слышны орудийные выстрелы на фронте. Немцы поняли, что мы их снова стали также тревожить, собирались уже прочесать лес, но уже им было не до того. Мы перешли на другое место у подножия высотки, так званной Красной горы в лесу и болотах.
Сюда наши разведчики привели два немца, штрафника, которых угоняли от линии фронта в местечко Улла, которые нарочно ночью забрались в сарае деревни Леоново в сено, а когда поутру увели остальных, они раздобыли себе кое-что покушать и отправились на поиски партизан.
1334.
Мы с ними скоро нашли общий язык, среди нас было много десятиклассников, которые изучали немецкий язык и я, хорошо обладающий еврейским языком, много чего узнали от них. Так, они и были с нами до соединения с Советской армией 29-го июня 1944 года. Ходили с нами на задание по добыче продовольствия, под самым носом немцев, сами поднимали вопрос, захватить у немцев кухню, или захватить где-нибудь лошадь, вот будет что кушать.
Были веселы, но когда наши войска заняли уже деревню Ровное, Заполянку и другие, в зоне треугольника, стали скучные, говоря, что вы соединитесь с Советской армией, а нас расстреляете, нам капут и Гитлеру тоже будет капут, только Гитлеру капут, а они остались живы.
1333.
Так мы и жили там до 29-го июля 1944 года. Войска Советской армии приближались всё ближе и ближе, уже были у деревни Ровно, бывшего Сиротинского района Витебской области. Числа 23-24го июня 1944г. мы с комиссаром отряда Маркияновым вышли на опушку леса у деревни Волчки, откуда была хорошо видна железнодорожная водокачка ст. Оболь, днём часов 11-12 светло, погода хорошая, видим, немцы из деревни Леоново гонят человек 20 женщин в деревню Волчки, недалеко от леса один крестьянин пахал на рыжей лошадке свою полоску. Как грохнул большой взрыв со стороны Оболи, последовало ещё три таких взрывов и смотрим, уже водокачки не видно, это немцы взорвали водокачка, станцию, два железнодорожных моста через реку Оболь, боясь оставлять Советской армии.
1332.
Все эти дни вели наблюдение за передвижением немцев, близких к лесу, партизаны уничтожали с беззвучек, 24-го июня мы уже узнали от населения, что войсками Советской армии занята деревня Ходоровка, километров6 от Оболи, а 25-го июня 1944 года, наши войска уже заняли и станци Оболь, 27-го июня уже были заняты деревни Ушачи, ферма, километра 4-5 от нашего расположения, комиссар был склонен к тому, чтобы нам пробираться к своим, но командир отряда тов. Нестеров был против этого, так как здесь было большое скопление немцев на линии фронта, деревни: Клетчино, Шилино, Леоново, Глиниче, Федьково и дальше, в сторону местечка Цлла, на север от деревни Клетчино, через поля к шоссе Полоцк - Витебск.
1331.
Вечером 28-го июня 1944 года, наши войска стали интенсивно обстреливать из артиллерии мосты через реку Оболь у деревни Берковичи и Западную Двину у деревни Убоино. Вечером были слышны разрывы снарядов уже за Двиной. Ночь прошла спокойно, а на утро 29-го июня стали слышны выстрелы далеко в сторону Полоцка, под деревней Шатилово и за Двиной, это было часа 3-4 утра. Я смотрю, через болото идёт немец без оружия в сторону леса. Начальник штаба тов. Пузиков распорядился выслать разведку в сторону деревни Волчки, куда были назначены, сынок Петя и Гавриленко Степан. А я всё ходил и смотрел, когда они вернутся и что принесут с собой, какие известия, и вот смотрю, бегут Пузиков и Гавриленко, а Пети нет, я испугался.
1330.
Спрашиваю, мальчики, что случилось, где Петя, лица у них весёлые, они говорят, дядя Костя, наши уже в Волчках, а Петя вон идёт с старшиной и бойцами, я побежал навстречу, обнялись с старшиной, расцеловались, пришли на место нашего расположения, девчата дали ему новые портянки, мы хорошие портупеи и справку, где и когда встретились с нами, они приглашали нас идти с ними в штаб, но не было нашего командира отряда и комиссара, они провели эту ночь с другой группой нашего отряда Шашанами, недалеко от которой был сбит наш самолёт и упал в лесу, они ушли на поиски самолёта и лётчика, боясь, чтобы но не попал в руки немцев, но так и не нашли, и судьба лётчика осталась неизвестна.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ.
Дмитрий Фёдоров
 
Сообщения: 58
Зарегистрирован: 08 май 2016, 01:20
Откуда: Москва
Благодарил (а): 25 раз.
Поблагодарили: 57 раз.

Re: Зина Портнова

Непрочитанное сообщение Дмитрий Фёдоров » 06 дек 2016, 22:33

ПРОДОЛЖЕНИЕ ДНЕВНИКА КОНСТАНТИНА ЯКОВЛЕВИЧА ЛУЗГИНА.

1329.
Ровно часов в 9 пришли командир отряда и комиссар с лейтенантом и группой бойцов, лейтенант разложил карту, стал просить проводника, провести лесом батальон наших войск, со стороны деревни Купчино, ударить оттуда около зап. Двины на деревню Неморози, Островляны и Шаши, куда назначили меня, я стал возражать, что нужно кого-нибудь из Шашан, которые больше знают лес, но все сказали, что плохо знают, даже хороший разведчик Лютиков и тот сказал, что не знаю, пришлось вести мне, но только мы собрались в стороне деревни Шаши завязался большой бой, с пулемётов и миномётов и лейтенант говорит, пойдём в штаб, может быть боевая обстановка изменилась и мы пошли всем отрядом на большак, к деревне Шаши, где ещё были немцы и там ещё шёл бой.
1328.
У штаба на большаке сколько стояло орудий и другой техники, тут мы увидели бойцов с погонами и офицера, с орденами и медалями, увидев наших пленных двух немцев, спрашивают, и эти тоже партизаны, я ответил в шутку да, но они очень боялись, шли со мной и всю дорогу просили не связывать им руки проволокой, когда будут расстреливать, я им всё говорил, мы не немцы, мы расскажем, что добровольно пришли к нам, пошлют вас в тыл и будете работать, пока война кончится, так оно и случилось.
В штабе наше командование предъявило документы нашего штаба командиру полка, наших пленных немцев допросили и отправили от нас, а мне приказали взять пять человек и пойти с ними
1326.
в хозяйственную часть полка получить продукты на отряд, мы пошли, нам дали сухарей, концентраты и сахару, обещали, подождите, вот сейчас подвезут водку, дадим и водки, но нам было не до водки.
Придя на место, мы разделили эти продукты, получили приказ следовать в штаб дивизии, который был в бывшей деревне Филипповка - родина моей жены, на берегу реки Западной Двины в верх от деревни Шаши, от которой около Двины нельзя было идти , поскольку там ещё были немцы, я повёл отряд по просеке на филипповскую дорогу и прямо на гумно моего тестя, где стояло ни боевой позиции шесть батальонных миномётов, мы там у колодца умылись, напились и пошли за ручей в штаб дивизии, на опушке леса у Двины.
1325.
Там нашему командованию предложили отойти дальше по берегу Двины, где стояли автомашины, мы отошли немного, там у рва стояла наша батарея. Подалась команда подготовиться для залпа по пяти снарядов, к нам подошёл старший лейтенант, приказал отойти в тыл батареи, мы отошли, после чего последовал залп в сторону ст. Горяны. Против нас в кустарнике стояли замаскированные 8 катюш, видим раскрыли маскировку и оказалось 4 машины подняли какие-то рамы, подалась команда заполнить снаряды, солдатики быстро исполнили приказание, отбежали залегли, и вдруг загремело всё, только был виден пыл да дым, а в сторону ст. Горяны видны были по Двине облака дыма.
После тоже били и с остальных катюш.
1324.
Как всё прекратилось их замаскировали, подошли автомашины, которые шли за продуктами в деревню Илово, забрали нас и мы поехали через деревню Слудаши, Убоино, Черчыцы, Рытищино и холмы и приехали в Илово, оттуда пошли в деревню Карден, где уже ночевали не в партизанском лагере, а в домах на соломе. Ночью шёл большой дождь, была гроза, на завтра мы отправились в деревни, Леоново, Шилино, Волчки откуда было большинство партизан, по дороге у деревни Федьково мы видели, как деды рыли могилу для наших 4х солдатиков, которые лежали убитые в канаве, на огородах лежали убитые лошади, вздутые, что хоромы. Видели в деревне солдатики собирали женщин идти зарывать убитых немцев, которых было около 300 за деревней у кладбища.
1323.
Мы пошли разом на место и увидели там жуткую картину боя, на дороге два сгоревших танка, около них валялись, что головешки танкисты и не узнали чьи, у кладбища были немцами вырыты не глубокие ровики на песке и видимо, по их хорошо сыграли наши катюши и их было навалено, что дров после бури в лесу.
Женщины стали связывать валяющиеся здесь ремни и верёвки, завязывать немца за ноги и тащить к вырытым ими самими ровикам и зарывать.
Мы пришли в деревню Шилино, оттуда партизаны разошлись по домам, кому было близко, топили бани, мылись, ночевали. На завтра я отпросился у командования заглянуть на родину - деревню Мостище, там жил мой брат родной в деревне Зуи.
1322.
Прибежал , нашёл только семью брата, дом сгорел во время боя, брат уже был призван в военкомат. В Мостище ночевал и чуть меня не забрал военный патруль и отправили бы в другую часть, на увольнительной не было печати, а где у партизан печать. Нас было двое и мы чуть отпросились, ведь недалеко был отряд.
На завтра отправились в отряд и разом прибыли в Оболь и Зуи. Здесь регулировщики посадили нас в машины и мы отправились в город Витебск в военкомат, прямо нельзя было ехать, была побита дорога и мы поехали на старое Сиротино, Городок и Витебск, ночью ещё налетал немецкий самолёт на Городок.
1321.
И 22 июля 1944 года мы прибыли в Витебск, там военкомат нескольких оставил в милицию, мне предлагали быть бухгалтером в плодовощ-огородхозе, я не согласился, так как мне в то время было не по делу, сынок Петя остался в милиции.
Остальных нас отправили в штаб партизанского движения, бывший Сиротинский райком, Добеевский сельсовет, деревня Воловичи, там мы отдохнули, у кого, что было порвано из одежды и обуви дали из Б.У. или новое. Потом распределили куда кого, кого в разные военные школы, кого на фронт. А нас старейших на гражданку, на разные должности по сельсоветам.
Здесь я получил письмо от семейки, какая радость на четвёртом году, я ничего не знал про них, а они имели в тылу наши адреса, через штаб партизанского движения.
1320.
Меня в райкоме назначили председателем Обольского сельсовета, уже в который раз, два раза был до войны. И 9-го июля 1944 года я принял сельсовет, сколько было трудов, восстановить колхозы, а с кем, остались одни женщины, да старики, лошадей не было, нужно было обучать коров и работать на коровах, дело шло плохо, и всё нужно было, ещё в городе Полоцке были немцы.
Одно было спасение, что были запахано яровое, да уже спела рожь.
Только нужно было организовать уборку урожая, возвратив семена тем, кто пахал, при немцах была старая дедовская через-полосица.
Труднее было с запашкой озимой ржи, нужно было молотить, часть сдавать государству и пахать-пахать.
1319.
Сельсовет отставал от требуемых обязательств, и меня весной назначили председателем колхоза.
Трудно было с запашкой ярового клина, но потом дали 4 лошади, да две были своих, дали 10 голов крупного рогатого скота, в том числе 4 дойных коровы и один бык, дали 30 голов овец. Колхоз стал помалу становиться на ноги, заготовили корма, запахали рожь, уже работал один трактор, уродился хороший лён, правда была плохая осень, часть попала под дождь, и долго стоял вытеребленный на поле, от чего (потерял?) высшие номера.
Зимой уже выполняли план лесозаготовок и лесовывозок, готовились к весне 1946 года. Были уже часть своих колхозных семян, часть получили от государства, запахав 100 га ярового клина.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ.
Дмитрий Фёдоров
 
Сообщения: 58
Зарегистрирован: 08 май 2016, 01:20
Откуда: Москва
Благодарил (а): 25 раз.
Поблагодарили: 57 раз.

Re: Зина Портнова

Непрочитанное сообщение Александр Плотников » 09 дек 2016, 14:19

Стоит наверное обольскому музею материал дать..
Александр Плотников
 
Сообщения: 20
Зарегистрирован: 17 авг 2016, 17:35
Благодарил (а): 5 раз.
Поблагодарили: 26 раз.

Re: Зина Портнова

Непрочитанное сообщение Дмитрий Фёдоров » 11 дек 2016, 18:24

Александр Плотников писал(а):Стоит наверное обольскому музею материал дать..


Да было бы здорово! В музей.
Дмитрий Фёдоров
 
Сообщения: 58
Зарегистрирован: 08 май 2016, 01:20
Откуда: Москва
Благодарил (а): 25 раз.
Поблагодарили: 57 раз.

Пред.След.

Вернуться в Информация о Великой Отечественной и Второй мировой войнах

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1